БИБЛИОТЕЧНО-ИНФОРМАЦИОННЫЕ НАУКИ: ТЕОРИЯ И МЕТОДОЛОГИЯ. СОКОЛОВ А.В. БИБЛИОНИГИЛИЗМ И БИБЛИОСОФИЯ

В пестром и разноречивом потоке библиотечно-книгоедической мысли различаются два идейных антипода: библионигилизм и библиофия. Библионигилизм обусловлен хроническим кризисом постсоветской библиосферы. В начале XXI века исполнительный директор Ассоциации интернет-издателей Владимир Харитонов задал вопрос: «Какие слова можно сказать о том, что происходит с российской книжной индустрией?», Предложил на выбор два диагноза:  катастрофа или системный кризис [1]. Хочется надеяться, что российская библиосфера переживает «кризис», пусть даже «системный», ведь «катастрофа» - это летальный исход. Однако «выздоровления» не видно: после некоторого роста книгоиздания в 2016 - 2017 гг., В 2018 г. - новое падение по количеству выпущенных книг и брошюр [2]. Системный кризис рекомендательной библиографии [3] - еще одна примета распада отечественной библиосферы. Фактические данные относительно сети общедоступных библиотек в 2015 - 2017 гг., Собранные сотрудниками РНБ, показывают, что сеть сокращается на 700 библиотек, что происходит во всех федеральных округах [4]. Исламские институты и бюро научно-технической информации, ликвидированные территориальные центры вместе с их библиотечно-библиографическими подразделениями. Свертывание библиотечных сетей сочетается с оттоком читателей. Всероссийские опросы показали, что только 9 - 12% россиян посещали библиотеку менее 6 месяцев назад, когда за последние два года не приобрели ни одной книги. Третьи провинциальные респонденты полагают, что через 10 - 15 лет библиотека с печатными книгами должна исчезнуть, а в Москве и Санкт-Петербурге «могильщиками библиотек» являются более 40% населения [5].

Налицо объективные и субъективные причины кризиса библиосферы. Объективный характер имеет глобальную всемирно-историческую тенденцию: сжатие Галактики Гутенберга и распространение электронных цифровых коммуникаций. Доступ к гигантским, непрерывно пополняемым и корректируемым массивам информации по всем отраслям знаний. Появился новый антропологический тип - homo informaticus, предлагающий печатные материалы для доступа к цифровым информационным ресурсам. Субъективно-волюнтаристскую мотивацию демонстрирует государственная библиотечная политика . Принцип государственной политики - адаптация культуры к существующей экономике - Государственные органы власти Российской Федерации предоставляют государственные расходы на исключение грандиозного проекта электронной библиотеки (НЭБ) - апофеоза технократической рациональности.

 Как ни парадоксально, но специально спроектировано, что библиотечная библиотека не является ориентированной на читателей в мире, для совершенствования технологий доставки затребованных изданий. Эффективность НЭБ оценивается по количеству удаленно обслуженных запросов, а не по смыслу соответствует потребностям читателей выданной ему литературы. НЭБ - это  информационно-вычислительная сеть,то есть взаимосвязанная совокупность территориально рассредоточенных систем обработки данных, средств связи и передачи данных. НЭБ в сущности является средством преобразования с помощью машиночитаемых информационно-коммуникационных технологий (ИКТ). Такая трансформация не может привести к возникновению системного кризиса в библиосфере. Напротив, она должна придерживаться расхожего мнения, что будущей России нужны информационные услуги, а не книжная культура, библиофильство, филология и прочие религиозные книжности. Стратегия и тактика национальной книжной политики гарантируют чиновники-технократами, страдающими недугом «библионигилизма».

Что же такое «библионигилизм»? Библиотеки - совокупность технократических стереотипов, в которых выражены цитаты: «Библиотеки, которые превращаются в оплодотворения крайнего консерватизма и откровенной казонологии, обслуживают интересы самих библиотек, и граждане, которые давно и совершенно безоговорочно могут посещать бесплатные услуги…». Предполагается, что государство станет бесконечно финансировать всеобщее беспокойство. Это не было никакой необходимости в том, чтобы иметь дело с инфраструктурой железных дорог после [прокладки железной дороги] [6]? 

По сути дела никому не доверяйте ни классу науки, ни книге: библиотековедению, библиографоведению, книговедению, документологии и другим. Этот призыв звучит как дерзко, даже если вы, читатели Библиотеки, не в силах сделать библиотечное дело из кризиса, если вы не откликаетесь на библиотеку прошлого, а для того, чтобы такая наука нужна библиотечной профессии ?! Что мы можем противопоставить демагогии библионигилизма? Я убежден, что антиподом библионигилизма должна стать философия - научно-философское учение о библиосфере. Научно-философский подход необходим для преодоления хронического кризиса российской библиосферы.

«Библиография» - редко упоминается в современной российской книжности, хотя в энциклопедическом слове «Книговедение» (1982) и энциклопедии «Книга» (1999) этот термин фигурирует [7], а Г.Н. Швецова-Водка именовала «библиософией» метанауку для дисциплин библиологического комплекса [8]. Структура этого слова (Biblion - книга и София - мудрость) намекает на генетическую связь с «Философией»; можно даже подумать, что библиософия - стыковая дисциплина между философией и книговедением. Тем более, что в начале ХХ века не было философии философии. Так, Н.М. Лисовский (1854–1920), читатель лекции в Московском университете (1916–1919), использует понятие «философия книговедения» в связи с познанием эволюции книги, а М.Н. Куфаев (1888-1948) в монографии «Проблемы философии книги» (Л., 1924) развивающая идея библиофилософии- философские книги, которые он понимает как «философская дисциплина, выясняющие принципы книги, определяющие, с одной стороны, ее развитие и развитие, с другой, ее познание». В наши дни требуется новое переосмысление структур и функций библиосферы с учетом достижений наук о книге и современной философии. Для начала уточним понятие «библиосфера», обозначающее реальный объект познания библиософии.

Библиосфера  (мир книжности, книжное дело) представляет собой исторически сложную сферу культурной коммуникации, субстанцией (первичным неделимым элементом) которой является книга.Аналогично субстанцией социума является человек. Библиосфера представляет собой суперсистему (систему систем), компонентом которого являются профессионально специализированные социальные институты (отрасль книжного дела), а именно: издательское дело, полиграфическая промышленность, книжная торговля, библиотечное дело, библиографическое дело. Каждый социальный институт включает в себя функциональные подсистемы: практику, образование, науку, специальную коммуникацию, органы управления. Отраслевые проблемы изучают родословные, но относительно самостоятельные научно-практические учения (библиографическое исследование, библиотековедение, документы, исторические книги, библиополистические, теоретические и практические исследования и др.), Общие проблемные вопросы - комплексные науки (или комплекс наук) о книге и книжном деле,

Библиософия мыслится, с одной стороны, как метатеория библиосфера , обобщающее знание конкретного книговедческой дисциплин и определяющая методологические, а с другой сторона, частная как Философское учение о библиосфере . Как известно. Мы уже определили, что соблюдение библиософии является библиосферой (исторически сложившаяся суперсистема книжной коммуникации); будем считать книжную культуру. Книжная культура трактуется неоднозначно. Наиболее удачной стороной дефиниции, предложенной членом-корреспондентом РАН В.И. Васильевым и звучащая так: книжная культура- «многоаспектная система, наличие структурных элементов, характерное состояние общества, его духовность, культура, интеллектуальный потенциал, а также уровень технологического развития» [ 9 ]. Назову две книжно-культурологические проблемы, нуждающиеся в метатеоретическом подходе.

Во-первых, соотношение субстанций библиосферы «книга» с субстанцией докумантосферы «документ» и субстанция инфосферы «электронный файл». Эта проблема имеет мировоззренческое значение, так же как и разметка Библиофосферы с другими сферами культурной коммуникации - документ и электронная инфоференция, необходимые для определения будущих судьбы библиофосферы: они могут быть сохранены в постиндустриальном состоянии или должны быть преобразованы в «документосферу» или оцифрованный «суперинтеллект»? Во-вторых, метатеоретический потенциал библиотечно-восточных образовательных учреждений «Библиосфера - документосфера (архивы, музеи)», «Библиосфера - сфера образования (общее, профессиональное, самообразование)», «Библиосфера - медиасфера (средства массовой коммуникации)», «Библиосфера - инфосфера». (компьютерная информатика) ».

Философское знание, в свою очередь, разделы на две части: прямые разделы и частные дисциплины. Традиционные исторически сложившимися разделами философии являются: онтология, учение о ценностях, аксиология (учение о ценностях), философская антропология (антропософия, учение о человеке), философия истории (историософия), логика, этика , эстетика. Частные философские дисциплины: философия культуры, философия литературы, философия математики, философия права, философия техники, философия физики и др. Очевидно, что философия относится к частным дисциплинам, поэтому в ее содержании должны проявляться прямые разделы, а также функции, присущие философии.

Все перечисленные проблемы так или иначе связаны с книжной культурой и, следовательно, есть возможность начать изучение философии не с «чистого листа», а с точки зрения научных исследований в области философии, исторической и книговедческой науки. При этом особенно важно обратить внимание на   гуманистическую функцию философии - объяснить «как надо быть, чтобы быть человеком» [ 10]. Анализ постиндустриальной культуры показывает, что российская библиотека должна сосредоточиться на выполнении гуманистической миссии, которая заключается в утверждении гуманистической универсальной культуры и активном противостоянии всем проявлениям дегуманизации общества. Школа и литература, религия и средства массовой информации должны сыграть свою роль в гуманизации постиндустриальной культуры, но без участия общественных организаций. Гуманистический путь трудностей, потому что гуманизм книжных ощущений требует профессионалов книжного дела на интуитивно-эмпирическом уровне, потому что учебно-библиотечная школа не обеспечивает их нуждами и умениями, а наукой не вооруженными научно-методическими пособиями. К счастью, книги, как известно, облагораживают, поэтому большинству работников библиосферы - этостихийные гуманисты , самоотверженно и бескорыстно преодолевающие противоречия российской библиосферы в неблагоприятной социальной среде. Именно этим людям нужна библиософия - гуманистическое философское учение о библиосфере.

список источников


1. Харитонов В. Катастрофа или системный кризис? // Университетская книга. 2015. Октябрь. С. 72-73.

2. Университетская книга. 2018. Сентябрь. С. 17-23.

3. Бавин С.П. Системный кризис рекомендательной библиографии // Библиография. 2011. № 2. С. 36-40.

4. Аврамова М.Б., Басов С.А. Общедоступные библиотеки России: мониторинг трансформации. 2015 - 2017 гг. // Библиотечное дело. 2018. №7. С. 2-9.

5. Университетская книга. 2015. Июль-август. С. 11.

6. Степанов В.К. Библиотека и библиотека в ближайшие двадцать лет, или В ожидании сингулярности // Науч. и техн. б-ки. 2018. № 1. С. 19-31.

7. Библиофилософия // Книговедение: энциклопедический словарь / гл. ред. Н.М. Сикорский. М .: Сов. энциклопедия, 1982. С.78. См, также: Книга: энциклопедия / гл. ред. В.М. Жарков. М. : Большая российская энциклопедия, 1999. С. 97.

8. Швецова-Водка Г.Н. Наука о книге в XXI веке: старые споры и новые проблемы // Книга: исследования и материалы. М .: Наука, 2013. Сб. 99 / III-IV. С. 5-23.

9. Васильев В.И., Ермолаева М.А. Книжная культура как составляющая системы социогуманитарного знания // Книга. Исследования и мкатериалы. Сб. 100. М .: Наука, 2014.С. 11-12.

10. Философия социальных и гуманитарных наук: учебное пособие / под ред. С.А. Лебедева. М .: Академический проект, 2008. С. 729.


сведения об авторе

Соколов Аркадий Васильевич - профессор кафедры информационного менеджмента Санкт-Петербургский государственного института культуры; доктор педагогических наук, профессор, Заслуженный деятель науки Российской Федерации, Заслуженный работник культуры Российской Федерации


К оглавлению выпуска

Библиотечное образование, библиотековедение, издательское дело

06.02.2019, 67 просмотров.