ВЫБИРАЯ БИБЛИОТЕЧНУЮ ПРОФЕССИЮ…СПЕЦИАЛЬНЫЙ ПРОЕКТ Ю.Н. СТОЛЯРОВА. СТОЛЯРОВ Ю.Н. ПРИЧИНЫ ВЫБОРА НЕСПЕЦИАЛИСТАМИ БИБЛИОТЕЧНОЙ ПРОФЕССИИ: К 10-ЛЕТИЮ БИБЛИОТЕЧНЫХ ИСПОВЕДЕЙ СЛУШАТЕЛЕЙ ВЫСШИХ БИБЛИОТЕЧНЫХ КУРСОВ РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ БИБЛИОТЕКИ

 Библиотечный персонал – равноправный наряду с библиотечным фондом, пользовательским контингентом и материально-технической базой системный библиотекообразующий элемент. Он нуждается в точно таком же пристальном изучении, что и другие системные элементы. Фактически знание библиотекарей о самих себе как профессиональной группе очень и очень скудное. Обычно оно ограничивается обязательными для статистической отчётности данными: общим количеством библиотекарей в стране, регионе или собственной библиотеки; их образовательным цензом и трудовым библиотечным стажем. Но даже и эти крайне скромные сведения свидетельствуют о том, что библиотечную работу в стране осуществляют в основном непрофессионалы: их доля в библиотеках всех типов и видов превышает 50%. Они задают тон и на всевозможных библиотечных форумах, активно проводя идею, что для работы в библиотеке специальное образование необязательно, в слежении за библиотечной периодикой особой надобности не ощущают, надеясь на достаточность собственного дилетантского представления о том, что в библиотечной деятельности важно, а без чего можно обойтись. Их убеждённость в этом усиленно подогревают другие непрофессионалы – от журналистов до руководителей самого высокого ранга. Последние, будучи управленцами, на библиотечных профессионалов смотрят свысока, видя в них простых исполнителей начальственных указаний.

  Казалось бы, тем важнее же изучать именно эту часть пришельцев в профессиональный библиотечный корпус, которая составляет большинство в нём: кто они по изначальному базовому образованию, почему не состоялись в той профессии, которой обучались, по каким причинам и в каком возрасте оказались в библиотеке, как её воспринимали со стороны и как воспринимают изнутри, стремятся ли овладеть библиотечной специальностью, сколько времени отдали библиотечному трудовому стажу, в каких отделах работают, с какой производительностью и в каком качестве, являются ли пропагандистами библиотечных идеалов или, напротив, дискредитируют нашу сферу деятельности, какие и с какой степенью квалифицированности обсуждают в своей среде профессиональные библиотечные вопросы. Как воспринимают неофитов библиотекари-профессионалы и что, в свою очередь, думают о профессиональных библиотекарях неофиты? Надолго ли они пришли в новообретённую специальность, что их в ней привлекает, а что отталкивает? Из каких сфер трудовой деятельности к нам чаще всего приходят со стороны, с какими ожиданиями? Оправдываются ли их ожидания? – Одним словом, здесь много чрезвычайно интересного и важного для социологов библиотечного дела, для исследователей библиотечного процесса, для руководителей библиотек, да и для их рядовых сотрудников.

  Свыше полувека тому назад я изучал причину выбора библиотечной профессии абитуриентами и отразил это в статье «Профессия библиотекаря. Почему её выбирают?» [1]. На неё последовал отклик украинского коллеги [2], но это едва ли не единственное развитие поднятой темы. Она и сейчас заслуживает изучения, поскольку, надо полагать, мотивы избрания в связи с кардинальными изменениями социально-политической и экономической ситуации в нашей стране тоже радикально изменились.

  Поскольку мне довелось в течение нескольких десятилетий преподавать на Высших библиотечных курсах Российской государственной библиотеки, я озаботился изучением этого вопроса применительно к слушателям этих Курсов. Основная масса среди них – специалисты с базовым гуманитарным или техническим университетским образованием. Реже встречаются выпускники средних специальных учебных заведений или (количественно – практически столько же) кандидатов (с 2019 года появился и доктор) наук, по разным причинам (но по каким же именно? ‑ вот в чём состоит жгучий вопрос) решивших перейти на работу в библиотеку.

  Основную часть слушателей составляют сотрудники Российской государственной библиотеки. Около трети очно обучающихся на Высших библиотечных курсах – представители библиотек других типов и видов: общефедеральных, вузовских, конфессиональных, массовых, школьных и т. п. Начало публикациям библиотечных исповедей положено: в 2010 г. в серии «Библиотека и время» выпущен сборник эссе, написанных слушателями Высших библиотечных курсов Российской государственной библиотеки «Библиотекарь: выбор профессии. Мастер-класс профессора Ю. Н. Столярова» [3]. В своём Вводном слове я среди прочего писал: «Каким путём они пришли в библиотеку, почему, в конце концов, отказавшись от изначальных планов, они стали библиотекарями? Жизненные перипетии, превратности судьбы у каждого свои. Но тем они и интересны для остальных, поскольку позволяют понять, чем же привлекла библиотечная профессия тех, кто решил в ней остаться на всю жизнь, сравнить свою «линию судьбы» с такой же – у своих коллег.

  Каким образом можно получить об этом достоверную и статистически убедительную информацию? Один из таких верных путей – чистосердечные исповедальные признания этих людей, – признания, в которых они захотели бы сами раскрыться перед коллегами, выплеснуть то, что накипело в душе, но не представлялось такой возможности». Эта книга была встречена более обильными откликами [4-10].

  Каждый человек - это целый мир, и судьба каждого, путь, приведший его в библиотеку, интересен и ценен. Многим кажется, что в библиотеке они оказались. Случайно, по стечению обстоятельств. Фактически же их зачастую привели туда знакомые библиотечные сотрудники, выступившие своего рода успешными менеджерами по библиотечным кадрам и сумевшие передать любовь к библиотечной деятельности.

  История Высших библиотечных курсов, ориентированных на переподготовку и повышение квалификации специалистов без базового библиотечного образования, тогда же обстоятельно прослежена Е. Б. Дударевой [11], и её монография тоже была положительно встречена критикой [12].

  Материал о слушателях продолжал и продолжает накапливаться и публиковаться. Журнал «Культура: теория и практика» в 2017 г. в рубрике «Выбирая библиотечную профессию… Специальный проект Юрия Николаевича Столярова» начал публиковать эссе слушателей Высших библиотечных курсов РГБ об их пути в библиотечную профессию. В 2017 г. увидели свет 5 эссе, в 2018 г. – ещё 7 эссе. Моя статья «Библиотечные исповеди» [13] в первые же дни после выхода журнала нашла свыше 1 тысячи читателей – маловероятно, чтобы столько набрал бы любой из наших печатных журналов. В этом году мы продолжаем публиковать эти исповеди. Каждая из них обладает своеобразием, заставляет авторов задуматься о том, почему судьба привела их с другой жизненной дороги на библиотечную стезю. Для исследователей проблемы библиотечного персонала они служат бесценным подлинным источником ответов на означенные выше вопросы о том, что собой представляет этот самый большой пласт библиотечных кадров.

  Предлагаем вниманию наших читателей следующие непринуждённые признания тех, кто обучается на Высших библиотечных курсах Российской государственной библиотеки сегодня. Стиль изложения по-прежнему принят свободный, они рассказывают о том, что представляется заслуживающим внимания им самим. Но все эссе объединяет одно: из кратких сведений об авторе читатель может выяснить какое изначальное базовое образование и когда он получил, каким библиотечным стажем на момент написания эссе обладает, в какой библиотеке и в какой должности трудится в данный момент. Если автор библиотечного стажа не имеет (доля лиц, расставшихся с базовой профессией и намеревающихся связать свою судьбу с библиотекой, предварительно получив о ней хотя бы самое общее представление, из года в год увеличивается), его жизненный путь и размышления о будущей деятельности тоже представляют профессиональный интерес.

  В предлагаемых публикациях видится и ещё одна привлекательная черта: все они – свидетели своего времени, своего мировоззрения, свойственного последним поколениям людей, родившихся ещё в Советском Союзе и впитавших менталитет советских людей. Недалеко время, когда слушатели Высших библиотечных курсов, возможно, будут руководствоваться иными соображениями при поступлении на Курсы. Тем интереснее тогда будет сравнить мотивы и стимулы представителей разных поколений, и ценность материала, опубликованного сегодня, станет исторической и будет год от года возрастать.

   Итак, продолжаем публиковать исповеди слушателей Высших библиотечных курсов РГБ об их пути в библиотечную специальность.

   Список источников

  1. 1. Столяров Ю. Н. Профессия библиотекаря. Почему её выбирают? // Научные и технические библиотеки. — — № 1. — С. 13—27.
  2. 2. Цымбал А. В. Сборник «Научные и технические библиотеки СССР» и повышение квалификации библиотекарей ЦНТБ Минуглепрома УССР // Научные и технические библиотеки. б-ки СССР. - 1979. - № 8. - С. 37‑40.
  3. 3. Библиотекарь: выбор профессии: мастер-класс профессора Ю.Н. Столярова. – Москва : Либерея–Бибинформ, 2010. – 175 с.
  4. 4. Полтавская Е. И.: [Автор рецензии и составитель подборки материалов:] Путь в профессию. Библиотекарь: выбор профессии. Мастер-класс профессора Ю.Н. Столярова. Москва : Либерея-Бибинформ, 2010; Мэтры о мэтре; И жизнь, и слёзы, и любовь // Мир библиографии. – 2011. - №  – С. 56–60.
  5. 5. Дивногорцев А. Л. Найди своё призвание. О книге Юрия Столярова «Библиотекарь. Выбор профессии» // Библиотека. – 2011. - № 7. – С.66 67.
  6. 6. Езова С. А. Книга в ракурсе личности // Библиопанорама [Улан-Удэ].–– - № 1. – С. 69.
  7. 7. Олзоева Г. К. Библиотечные исповеди // Библиопанорама [Улан-Удэ]. 2011. - № 1. – С. 66 – 68.
  8. 8. Найди свою судьбу // Библиотекарь.‑‑ - № 5. – С. 71-73. Отклики: С. А. Езовой, Г. Н. Швецовой-Водки, А. В. Соколова, Н. Н. Кушнаренко и А. А. Соляник, Е. И. Полтавской.
  9. 9. Соколов А. В. Библиотечный авангард информационного общества // Научные и технические библиотеки. – 2012. ‑ № – С. 51‑60. То же: Соколов А. В. Российские библиотеки в информационном обществе: профессионально-мировоззренческое пособие. – Москва: Литера, 2012. – С. 376‑378. [Характеристика слушателей ВБК РГБ как библиотечного авангарда. Дано сравнение подхода к кадровой ситуации с аналогичным подходом в книге Э. Р. Сукиасяна «Библиотечная профессия и кадровый менеджмент: избр. статьи 2004‑2011». – Санкт-Петербург: Профессия, 2011. – 430 с.].
  10. 10. Виноградова Е. Б. Диплом высших библиотечных курсов РГБ: итог, который становится началом // Научные и технические библиотеки.– 2012. ‑ № 5. – С. 29‑37.
  11. 11. Дударева Е. Б. Система обучения библиотечного персонала в Российской государственной библиотеке / Российская государственная библиотека. – Москва : Пашков дом, 2010. – 313 с.
  12. 12. Дивногорцев А. Л. Пусть меня научат. Библиотечное образование в России // Мир библиографии. – 2011. ‑ № 6. – С. 65-68.
  13. 13. Столяров Ю.Н. Библиотечные исповеди // Культура: теория и практика: Электронный научный журнал [Москва, МГИК, http://theoryofculture.ru/]. – 2017. – Вып. 1 (январь-февраль). –http://theoryofculture.ru/issues/70/72/925/.

 

Сведения об авторе

Столяров Юрий Николаевич - доктор педагогических наук, профессор, главный научный сотрудник Российской государственной библиотеки и Научного центра исследований книжной культуры РАН

ПРИЛОЖЕНИЕ К СТАТЬЕ. ЭССЕ

Светлана Викторовна Борискина

В 1995 г. окончила профессионально-техническое училище №150 г. Москвы

по специальности часовой мастер,

С 2012 г. библиотекарь Отдела фонда основного хранения РГБ

Была часовой мастер – стала библиотекарь

Наша семья жила небогато. После окончания школы я решила пойти в училище на часового мастера, так как эта профессия в то время была востребованная и высокооплачиваемая. На протяжении трех лет шло мое обучение всем тонкостям работы и освоение сложности механизма часов. 

Получив диплом, я не сомневаясь, устроилась на часовой завод «Слава». В моей работе была гармония и красота: душа вдохновляет, а руки творят. Меня завораживал внутренний мир часовых механизмов. Мы посещали другие заводы, делились новостями, обменивались опытом со своими коллегами, получали новые знания, тем самым повышали свою квалификацию. На этой работе я встретила будущего мужа. 

Спустя десять лет завод обанкротился и меня сократили. Я была вынуждена встать на биржу труда. Но найти там работу по специальности не смогла: профессия перестала быть востребованной. Работу пришлось искать самостоятельно, и я нашла вакансию, чем-то схожую с моей предыдущей деятельностью: проверка телефонов и упаковка аксессуаров. Через мои руки проходили самые современные на тот момент мобильные телефоны и компьютеры. IT-технологии стали неотъемлемой частью жизни людей, ведь благодаря их развитию расширились наши возможности. Меня увлекла эта работа. 

К сожалению, наша фирма разорилась, и я опять осталась без работы. Моя подруга предложила пройти собеседование на должность библиотекаря. Еще некоторое время назад я бы очень удивилась, что буду работать в этой сфере. В детстве я любила читать книги и часто ходила в библиотеку, где, как правило, женщина-библиотекарь всегда знала, где лежит на полке нужная книга или давала совет, что почитать. 

Я полюбила свою работу и не жалею, что попробовала себя в новой профессии. Она стала для меня интересной и увлекательной, с каждым годом мое представление о библиотеке и специфики работы значительно расширяются. 

Я поняла, что моя работа – это ежедневное саморазвитие. Коллеги обучают и поддерживают меня в начинаниях. Глядя на них, я стремлюсь стать профессионалом в своем деле.  В данный момент я работаю на 17,18,19 ярусе хранения основных фондов. Мне нравятся ряды стеллажей, запах старых и новых книг. А какой вид открывается из окон: можно увидеть великолепную панораму Москвы, заглянуть за стены Кремля. Моя работа заключается в приеме и выдачи нужной книги из фонда хранилища читателю, который даже не догадывается, что нужная ему книга, соответствующий том, подбирается именно работником хранения. Да, я знаю работу фонда по классификации и расстановки книг, но главное в работе – беречь книгу. Я  хранитель книг.

Я не библиотекарь по  образованию, но курсы ВБК повысят мой уровень знаний, помогут мне в работе библиотекаря. С гордостью могу сказать, что работа приносит удовлетворение и радость, ведь я стала хранителем «человеческой памяти», где собраны все мудрые мысли великих людей.

 Порой библиотекарь незаметен 

Средь множества газет, журналов, книг

Он ключ хранит ко всем богатствам этим,  

Из  рук не выпуская ни на миг… 

И хоть живем мы в двадцать первом веке, 

И каждому доступен интернет, - 

Альтернативы нет библиотеке, 

Библиотекарю замены нет! 

                                                              Е. Матвеева

Александра Андреевна Тихомирова

В 2013 г. окончила факультет экологии и естественных наук

Московского государственного гуманитарного университета

имени М. А. Шолохова,

работает в секторе редактирования электронного каталога РГБ

Мои прежние представления о работе в библиотеке

совершенно не соответствовали реальности!

Каждому читателю - его книгу.

Каждой книге - её читателя.

Ш. Р. Ранганатан

Писательство – не самая сильная моя сторона. Всегда восхищалась людьми, способными гладко и изысканно излагать свои мысли на бумаге, но сама, к огромному сожалению, такого таланта не имею. Тем не менее я попытаюсь поведать о том, как пришла к библиотечной деятельности.

История моя ничем особо не примечательна. Я родилась и выросла в Москве, в семье потомственных инженеров. Во времена молодости моих родителей, к слову, эта профессия считалась очень престижной! Не то что сейчас – в моде только программисты, юристы и менеджеры.

Моё знакомство с книгами началось в раннем детстве. Мама всегда находила время, чтобы почитать мне какую-нибудь интересную сказку. Особенно мне запомнился старенький сборник русских народных сказок в пересказе А. Н. Афанасьева, найденный в деревне, где мы отдыхали летом.

Знаю, что многие коллеги-библиотекари с ранних лет любили книги, тяготели к чтению. Это не про меня. Отношения с литературой в школе у меня не сложились, чтение задаваемых произведений шло со скрипом. Я всегда была дворовым ребенком, чтению книги предпочитала шумные игры на улице. Но это совершенно не означает, что книги я не любила. Просто эта любовь – как семя, посеянное когда-то на задворках сознания, пусть медленно, но, всё же проросло. Я считаю, что любовь к чтению – это одна из тех вещей, к которым нужно прийти самостоятельно, осознанно. К такой любви, впрочем, как и к любви в целом, невозможно принудить.

 У моих родителей была огромная (как мне казалось) домашняя библиотека: массивный книжный шкаф, в два ряда заставленный разнообразной литературой. Там были и классические произведения, и научная литература, и популярные фантастические произведения, яркие обложки которых я любила разглядывать больше всего. Возможно, именно это повлияло на формирование моего литературного вкуса. Я нашла «свою книгу».

Шло время, я закончила МГГУ им. Шолохова, факультет экологии и естественных наук. Имею диплом эколога, но, к сожалению, а может быть к счастью, поработать по специальности мне так и не удалось. На втором курсе института я перевелась на заочное отделение и устроилась секретарем в Центральный НИИ связи, а на последних курсах встретила своего будущего мужа, и вскоре после создания семьи на свет появился наш сын. Пять лет я посвящала себя исключительно материнству, а когда сын достаточно подрос, принялась искать работу.

В Российскую государственную библиотеку я попала случайно. Марина Геннадиевна Тихомирова, моя свекровь, работает в Ленинке уже почти пятнадцать лет, являясь для меня образцом целеустремленности и трудолюбия. Именно благодаря ей я узнала, что в РГБ есть вакансия, и, недолго думая, решила попробовать получить эту работу. Так я попала в отдел организации и редактирования каталогов (сектор редактирования электронного каталога) РГБ, где работаю в настоящее время.

Хочу заметить, что мои прежние представления о работе в библиотеке совершенно не соответствовали реальности! Как и многие далёкие от библиотечной деятельности люди, я считала, что библиотека – это не более, чем книгохранилище, а быть библиотекарем – скучно: сиди целый день на месте и выдавай, да принимай книги. Но теперь я знаю, что это совершенно не так! Библиотека (я буду говорить о РГБ) – это целый мир с богатейшей историей, уникальной архитектурой и крупнейшим библиотечным фондом; это выставки, экскурсии и разнообразные мастер-классы; это сотрудники, кропотливо трудящиеся в различных отделах библиотеки; это читатели, пришедшие за информацией, за новыми мыслями…

Никогда не знаешь, что ждет тебя за поворотом. Вот и я не представляла, что мой путь лежит в РГБ. Теперь работа в библиотеке стала частью моей жизни, увлекла меня. Появилось огромное желание развиваться в этой области, в связи с чем я решила поступить на Высшие библиотечные курсы. Уверена, что полученные знания будут полезны и помогут мне стать хорошим специалистом.

Наталия Евгеньевна Дорофеева

В 1995 году окончила Рязанский филиал

Московского государственного университета культуры

по специальности культурология, социально-культурная деятельность.

В настоящее время слушатель ВБК

Как встретит меня профессия? Увидим!

          Проживая свою жизнь, мы становимся мудрее, рассудительнее и спокойнее. Многие вещи, которые в молодости казались нам возмутительными, неправильными и неприемлемыми, постепенно теряют остроту противоречий и приобретают плавность очертаний. Мы учимся принимать людей и окружающий мир такими, какие они есть. Мы не оправдываем своё окружение и не конфликтуем с ним, мы просто становимся более снисходительными к людям и к обстоятельствам. Мы не стремимся сразу разделить чьё-то мнение, но анализируем его и стараемся вникнуть в причины и мотивы событий и на основе этих рассуждений занимаем свою позицию, пусть даже не совпадающую с общепринятой.

          Вторая половина жизни дарит чудесную возможность самопонимания. Когда мы молоды, нам хочется самореализации, но по незрелости и наивности, мы придаем совсем другой смысл этому слову. Мы ищем «престижную» работу, которая выбирается для того, чтобы можно было заработать возможно больше денег. Мы хотим выглядеть в глазах своих знакомых так, как будто у нас в кармане весь мир. Иллюзия! Но какая притягательная. Мы игнорируем то, что нам подсказывает разум, и идём на поводу у своих амбиций. Однако мы ещё не понимаем, что такие эксперименты ведут к выгоранию, а иногда, я бы сказала, к испепелению. Случается, что даже очень большая сумма денег не стимулирует нас к профессиональному росту. Всё, что связано с работой, становится пресным, неинтересным, обыденным, серым и, в общем, совершенно неважным.

          Когда я поступила в институт культуры, то на первом же курсе поняла, что ошиблась факультетом. Но почему-то не стала ничего менять. Закончила институт, получила диплом и положила его на полку. Я ни дня не работала по профессии. Ужасно? Мне так не казалось. Переосмысление своих жизненных позиций ведёт к поступкам определённого рода. Я поступила на высшие курсы РГБ. Круг замкнулся. Я здесь, и мне здесь очень нравится. Я стараюсь впитать в себя максимум, на который я способна.

           И ещё. Я помню свои детские воспоминания. Однажды шёл сильный дождь, а я хотела читать очень-очень сильно. Я оделась и ушла из дома.  Когда я пришла в свою районную детскую библиотеку, я вымокла до нитки. Ребенок - я не взяла с собой зонт! Библиотекари меня раздели, напоили горячим чаем, и я еще часа три с упоением читала «Лесную газету» Виталия Бианки в читальном зале. В эту библиотеку я ходила потом очень часто. И я должна признаться, я люблю даже то, как пахнет библиотека!

Юлия Ивановна Реброва

В 2016 г. окончила Оренбургский государственный университет

по специальности «психолог-социальный педагог»

По окончании университета

устроилась в библиотеку № 170 им. К. Г. Паустовского г. Москвы,

Библиотечный стаж 3 года

Работа в библиотеке изменила моё отношение к книге и чтению

Мой путь в профессию библиотекаря нельзя назвать запланированным, однако именно работа библиотекарем стала первой моей работой после окончания университета. Не имея профильного библиотечного образования, я пришла работать в районную библиотеку Юго-Западного административного округа в 2016 году и работаю в ней по сей день, только уже в иной должности.

Многие библиотечные работники могут рассказать о том, что книга в их жизни всегда играла огромную роль, что они всегда, ещё с детской колыбели, были с книгой неразлучны, что их огромная любовь к книге и к чтению предрешила их выбор профессии. 

В моей биографии не найдётся красивой истории о том, как и почему я стала библиотечным работником. Скорее моя история окажется диаметрально противоположной другим историям.

Я родилась и выросла в деревне в рабочей семье. Родители мои в силу постоянной занятости (в деревне иначе не проживёшь), книг не читали. Так получилось, что сказки в детстве мне читал дедушка. Дедушка и прабабушка были, как мне сейчас кажется, самыми читающими из всех моих родственников. Дедушка читал преимущественно газеты, очень много газет. Так как свободного для чтения времени было немного, читал он по выходным. Прабабушка, имея всего четыре класса образования, читала в основном художественную литературу. Примеров домашнего чтения было немного, а домашней библиотеки и вовсе никогда не было, поэтому с книгой я познакомилась в детском саду. Первую книгу, когда я уже научилась читать, мне подарили родители. Это была прекрасно оформленная, в ярко-жёлтом переплёте, с множеством картинок - азбука. Да не просто азбука, а азбука в загадках. Все загадки из неё я любила и знала наизусть.

Чтение в школьном периоде не доставляло мне особого удовольствия, хотя уроки литературы я очень любила и уважала. Мне повезло – у нас был отличный учитель русского языка и литературы. Я, конечно же, как послушный и исполнительный ученик, выполняла план по внеклассному литературному чтению, но не более того. Чтение вводило меня в состояние грусти, скуки – от чего я часто засыпала, прочитывая всего несколько страниц. Одним словом, чтение не было моей сильной стороной.

Помню, как по окончании пятого класса нам на лето задали приличный список литературы для чтения. Тогда же я познакомилась с рассказом Валентина Распутина «Уроки французского». Этот рассказ произвёл на меня неизгладимое и непередаваемое впечатление. Мне очень понравился образ учительницы французского языка, которая была наделена необыкновенной добротой и способностью к состраданию. Идея рассказа заключается в словах Распутина: «Читатель учится у книг не жизни, а чувствам. Литература, на мой взгляд, — это, прежде всего воспитание чувств. И прежде всего доброты, чистоты, благородства». Эти слова как нельзя лучше подходят к рассказу «Уроки французского». Думаю, что так произошло и в моём случае – книга впервые пробудила во мне чувства; способность размышлять и критически мыслить.

В подростковом возрасте я начала посещать сельскую библиотеку. Читала я в основном журналы: «Юный натуралист», «Вокруг света», а также иллюстрированные журналы для девчонок-подростков. Привлекала меня библиотека, конечно же, не фондом литературы, потому что фонд был скромен и новыми книгами не пополнялся, а своей необычайной атмосферой. Валентина Вячеславовна П., заведующая библиотекой и библиотекарь в одном лице, умела навести уют, облагородить помещение цветами и картинами. Вспоминаю сельскую библиотеку, и в голове невольно всплывает такой образ: в читальном зале библиотеки находились «Уголок старинной русской утвари» и «Уголок украинской хаты», отображающие истоки русской и украинской культур, а также позволяющие познакомиться с предметами быта наших предков. Последний ассоциировался с произведением Н. В. Гоголя «Ночь перед Рождеством». Каждый раз, когда я приходила в библиотеку, не оставляла без внимания это устное и атмосферное место. Кроме этого, Валентина Вячеславовна посещала школу с библиотечными уроками, а также проводила всегда интересные познавательные мероприятия и в стенах библиотеки.

В старших классах школы я уже не посещала сельскую библиотеку. Школьная программа выполнялась по-прежнему неплохо, но книг, которые я бы читала в свое собственное удовольствие, всё не было, разве что учебники по истории России.

В университетские годы мой настрой в чтении можно было бы охарактеризовать так: «Я это читаю, потому что это необходимо». Читала я тогда узкоспециализированную литературу – учебники по когнитивной психологии, психологии личности, поведенческой психологии и многие другие в этом ключе, поскольку я получала профессию психолога-социального педагога. И ничего, почти ничего (историей я интересовалась всегда) я не читала для себя, в соответствии со своими интересами. Быть может, потому, что в мой круг интересов входили спорт, занятия танцами в студенческом хореографическом коллективе, а также студенческий совет, в котором я была организатором культурно-массовых мероприятий.

После окончания университета встал вопрос о реализации себя в профессии. Как оказалось, учреждения образования были не готовы принять к себе в кадровый состав человека без опыта и стажа работы по специальности. Довольно прозаичная ситуация.

Тогда в поисках работы я наткнулась на вакансию библиотекаря. Библиотеке требовался работник, который бы обслуживал посетителей библиотеки, вёл необходимую отчётную документацию, организовывал и проводил творческие мероприятия, в том числе и выездные для различных категорий читателей. Качества личности претендента на должность были следующими: инициативность, энергичность, терпимость, приветливость.

Я как человек, получивший образование психолога-социального педагога, прошедший несколько педагогических практик в школе, а также на протяжении всей студенческой жизни ведший различные творческие проекты, не могла не откликнуться на предложение. Более того, я считала, что отвечаю данным качествам, и работа в этой должности будет мне по душе.

После нескольких собеседований меня приняли в штат библиотеки. Коллектив библиотеки оказался добродушным и внимательным. Мне повезло: все помогали мне советом, когда я в нём нуждалась, учили, умело направляли. Я же - внимала и прислушивалась. Тогда же меня поразили старожилы библиотеки, а именно то, как превосходно они знали фонд, как и что порекомендовать читателю. Кроме профессиональных коллектив библиотеки привлекал меня и гуманными качествами. Это ощущали посетители, которые охотно вступали в диалог, делились мнением о прочитанном, благодарили за книжные рекомендации.

В библиотеке я начала свою трудовую деятельность в молодёжном отделе, который выполнял культурно-просветительскую функцию, хотя книги я тоже подбирала и выдавала. Знаю, что не во всех библиотеках такой отдел есть, но в нашей библиотеке он существует. Задача его заключается в следующем: планирование мероприятий различной направленности (просветительские, культурно-массовые) для посетителей библиотеки; разработка и организация мероприятий для детей и молодёжи, а также проведение этих мероприятий; создание условий для проведения на базе библиотеки различных городских акций, конкурсов, фестивалей; осуществление набора студентов в клубные формирования; ведение отчетности о проведенной работе и предоставленных услугах.

В отделе в должности библиотекаря я проработала почти два года и вот уже полтора года в новой должности – заведующего отделом молодёжных программ. Новая должность привнесла новые функциональные обязанности.

В целом работа в отделе и в библиотеке вообще мне очень нравится. Я чувствую, что нахожусь на своём месте, делаю то, что у меня лучше всего получается, а именно провожу мероприятия для детей различного возраста, тем самым привлекая всё новых и новых читателей. А читатель для библиотеки очень важен, ибо библиотека без читателя прекратит своё существование. Со своим функционалом отдел вполне справляется. Об этом свидетельствуют увеличение спроса на культурно-просветительские мероприятия, а также положительные отзывы посетителей. Возможно, моё мнение о деятельности отдела субъективное, поэтому я оставляю право судить об этом пользователям библиотеки и руководителю структурного подразделения.

В самом начале своего повествования я упомянула о своём отношении к книге в детские годы, годы обучения в школе и университете. Так вот, работа в библиотеке изменила моё отношение к книге и чтению в целом. В таком многообразии книг во мне проснулся читательский интерес. Я начала выискивать то, что могло бы меня заинтересовать. И вот теперь чтение книг – это неотъемлемая часть моего саморазвития. Книги я читаю, возможно, не так часто, как бы мне того хотелось, но почти каждый новый месяц я с удовольствием беру книгу в руки. Копилка прочитанных книг медленно, но верно пополняется. В среднем на 10-12 книг в год. Для кого-то объём прочитанных мною книг покажется смешным, для меня же это – успех, на котором я не собираюсь останавливаться.

Екатерина Васильевна Афонина

окончила Московский технический университет связи и информатики

в 1995 г. по специальности «инженер автоматической электросвязи».

В настоящее время – слушатель ВБК

Моя библиотека

Я родилась с самой большой стране, которой сейчас уже нет на карте мира, в год 100-летия со Дня рождения Владимира Ильича Ленина. Детство моё было радостным и безоблачным, как у всех: школа и летний пионерский лагерь, с походами, кострами, зарницами и линейками. Пионерский лагерь «Солнечный» - такое имя у моего детства. Лагерь расположился в живописной Калужской области, в посёлке Протва, на родине маршала Г. К. Жукова и, конечно, носил его имя. Лето в лагере делилось на две смены, зато продолжительные. Можно было, не торопясь, начать знакомиться и к концу смены практически все ребята были уже самыми закадычными друзьями.

Спасательный круг, палочка-выручалочка на время, пока ещё не все имена запомнились, была Библиотека. Она была отменная! Это было отдельно стоящее здание в стиле «социалистического реализма». Красивое крыльцо утопало в кустах сирени, а на фоне розовых, свежеокрашенных стен, высокие колонны уходили ввысь, где ласточки в гнёздах учили летать своих птенцов. Надо сказать, что библиотека множилась пропорционально годам существования «Солнечного», а лагерь был организован в 1935 - 1938 годах. Там были разнообразные книги, но меня привлекали достаточно старинные, на мой детский взгляд. «Детгиз», «Лениздат» – издательства, которые были наиболее известны в послевоенные годы.

Старые книги – особенные, с историей. В них всё неповторимо – пожелтевшая от времени бумага, простенькие иллюстрации, старенький переплёт и даже запах. Чуть уловимый аромат, исходящий от полок и стеллажей, навевал образы тех мальчиков и девочек, которые так же, как и я, читали когда-то эти книжки. Как они учились? Чем увлекались? Встречались мне книги, выпущенные до послевоенной реформы русского языка, где слово «идти» было напечатано как «итти». Самые интересные повествования меня захватывали в книгах, страницы которых были отпечатаны немного криво, со скосом строки в несколько градусов. Такие книги прочитывались мною на одном дыхании, настолько они были завораживающими. И теперь, просматривая книги в библиотеке или выбирая их в книжном магазине, обращаю внимание на этот признак.

Чтобы быстрее узнать характер малознакомого человека, помню, задавали друг другу вопрос: «Что ты сейчас читаешь? Какая твоя любимая книга, есть ли любимый автор?» Ответы, как правило, указывали на личные пристрастия и на отношение к окружающей действительности.

Бывало, в библиотеке брали сразу две или три книги, а через три дня опять бежали за новой порцией. В общем, надо признать, любовь к книгам я приобрела в пионерском лагере. Позже я также с удовольствием посещала свою районную библиотеку. Но такого восторга уже не было.

Страна наша была не только самая большая, но и самая читающая в мире. Мы читали везде: дома, на перемене между уроками или парами в институтах, в транспорте. Просто смотреть в окно было невозможно скучно, но, если есть с собой увлекательная книжка, особенно если сюжет уже захватил и нет сил оторваться, вот ещё немного… Бывало, проезжаешь свою остановку. Моя сумка всегда устроена таким образом, чтобы там могла поместиться моя очередная любимая книжка.

Потом всё изменилось. С утратой Советского Союза прекратили существование практически все значимые институты и заводы страны. Финансирование пионерских лагерей прекратилось практически повсеместно. Люди некогда великой страны были поставлены в одинаково непростые условия, надо было зарабатывать.

Сейчас читать стало намного сложнее, появилось множество технологических факторов - устройств, которые отнимают внимание, и, как следствие, книги откладываются на полку «когда будет время». Хотя, если вдуматься, книга – единственная уникальная вещь, для которой не нужны специальные зарядные устройства, розетки, электричество. Чтобы начать читать, достаточно просто взять в руки книгу!

Карл Маркс неоднократно повторял: «Мои книги – это мои рабы». Моё мнение иное. Книги служат людям и владеют людьми одновременно; хотя «владеть» – значит «жить в ладу». Если надо получить образование, мы поступаем в институт, записываемся в библиотеку, штудируем научную литературу. Если необходимо узнать что-нибудь новое, то опять идём в библиотеку или изучаем полки книжных магазинов. Многие из нас до сих пор выписывают периодическую печать: газеты и журналы. Меня в последнее время не оставляет ощущение, что через книги я могу общаться с уникальными людьми, моими современниками, или теми, кто жил задолго до меня. Время перестаёт существовать, а действительность трансформируется в необыкновенно насыщенный, полный звуков и красок, бесконечный и фантастический мир. Я убеждена в том, что в определённом смысле книги живые, и останутся таковыми, пока люди будут читать!

Татьяна Игоревна Ершова

Окончила факультет «Информационные технологии»

Московского психолого-педагогического университета в 2006 г.,

сейчас фотограф, преподаватель информатики;

волонтёр Центра экономии ресурсов

В библиотеку привела целая череда шагов

          Этим летом подруга пригласила меня на празднование своего дня рождения в Самару. Во время торжества одна гостья восхищённо рассказывала об экскурсии в Доме Пашкова. В какой-то момент женщина остановилась, пристально посмотрела на меня и сказала: «Тебе нужно взять абонемент в Библиотеку имени Ленина», — и снова продолжила свою историю для всех. Почему именно мне нужно взять абонемент, я не поняла, но внутри уже прозвучал колокольчик и в скором времени по приезде в Москву я направилась в Библиотеку. С того дня я очарована... Очарована духом знаний, культурой общения, обилием ключей ко всем вопросам, качеством информации и атмосферой интерьеров. Боже, какое богатство!!!

          Но как сориентироваться внутри такого объёма? Как пользоваться электронным каталогом? Хорошо, если я знаю, какая книга мне нужна, а если мы ещё с ней не встречались? Начала с экскурсий. С интересом обошла экспозиции, пообщалась с сотрудниками. Свободное обеденное время стала проводить за чтением в третьем зале. В очередной раз, обращаясь к сайту библиотеки, обнаружила, что при библиотеке есть Учебный Центр. Русская палеография! Книжные памятники! Социальные коммуникации! ЮНЕСКО! И вот, неожиданно для себя, я уже пишу работу по библиотековедению «Мой путь в библиотечную профессию»..

          Но можно ли сказать, что я библиотекарь? Нет, ведь я не работаю библиотекарем. И да, ведь я работаю с информацией, пропускаю её через себя и раскладываю по полочкам для того, чтобы делиться с другими людьми.

          Можно ли наперёд точно увидеть, в какую именно точку приведёт тебя твой путь? Оглядываясь же назад, понимаешь, как целая череда шагов постепенно складываются в единый красивый узор. В прошлом году друзья уговорили меня поехать в Латвию и зайти в Национальную библиотеку. Чуть раньше в Москве меня пригласили в Библиотеку имени Н. А. Некрасова выступить с рассказом об Индии. «Я хочу сделать библиотеку», — слышала я от нескольких руководителей, первый раз ещё в 2008 году. Один раз я не заметила, как пропустила «пару» в институте, потому что не могла оторваться от книги. В библиотеке, конечно! В одной из моих любимых компьютерных игр фигурировала библиотека, как же эта библиотека мне нравилась! Почти так же, как та, что была в детстве и есть сейчас в родительском доме. Она занимает весь коридор. Мамин вклад — французская литература, поэзия и детективы. Папины ценности — наука и научная фантастика, которую он с большим трепетом собирал из журналов и сам брошюровал. Брат любитель современной фантастики. Книги бабушек и дедушек о кулинарии, истории и сказках. А мой удел — люди, природа и творчество. Вот такая получается знаковая составляющая пути. или жизни.

          Я люблю «живые» книги за те тактильные ощущения, которые они дарят, за звук перелистывания страниц, за запах типографской краски, за какую-то невидимую ниточку, которая тянется сквозь века к истокам — всё это создаёт неповторимую атмосферу и наполняет чувствами, что компьютер сделать именно так не может.

          Тем не менее личный компьютер мне достался уже в 5 лет, в 1988 году. Это был БК (бытовой компьютер). А начиная с пятого класса я начала формировать электронную библиотеку. И, конечно, даже не догадывалась, что что-то формирую. Мне просто нужно было где-то хранить школьные рефераты, делиться музыкой и отсканированными вырезками любимых групп из журналов с одноклассниками.

          Интернет дома появился в 2003 году, стало возможным скачивать книги и графические изображения (в то время, маленькие картинки). Тогда же меня взяли на работу веб-дизайнером. Так в моей библиотеке появились макеты сайтов, фирменного стиля и материалы для дизайнеров.

          В 2006 году, после окончания университета, мне предложили перейти на должность менеджера по персоналу и в библиотеку добавились резюме: кадровая документация, книги и журналы по данной теме. На корпоративных мероприятиях и во время приёма на работу я фотографировала сотрудников, и библиотека увеличивалась. От любви к природе добавились снимки из путешествий.

          C 2014 года фотография стала моим основным профессиональным занятием. За одну фотосъемку получается около 2000 единиц (1000 фотографий .jpg и 1000 исходных изображений RAW формата). Это довольно большой объём с точки зрения пересмотра в будущем, поэтому после обработки я сокращаю его до 500 единиц и дублирую лучшие работы в отдельную папку, а основную часть отправляю в архив. Описание заношу в сами фотографии. Периодически формирую сводные папки под различные идеи. Вторым фондом после фотографии является музыкальный.

          Сейчас библиотека занимает около 30 терабайт памяти. Это 9 системных дисков. За столько лет я лишь немного научилась систематизировать информацию: по смыслу, по актуальности и по дискам, ведь это непрекращающийся процесс. Знать бы про систему Мелвила Дьюи с самого начала! Я благодарна компьютеру за то, что он позволяет экономить место в квартире и быстро делиться документами с внешним миром, но эти удобства не вытеснили печатные издания из моей жизни, а скорее наоборот. Библиотека, в которую можно прийти, в ней «живые книги» дают совсем другое качество жизни.

          В каком-то смысле я нахожусь одновременно в двух мирах и искренне удивляюсь, зачем выбирать между тем, что чувствуешь в уютный осенний вечер дома с чашкой горячего чая и любимой книжкой в руках и потребностью быстро найти перевод слова в электронном словаре по дороге на экзамен?    

          Информационные технологии хороши как инструмент для быстрой работы. Они упрощают множество вещей, но не замещают их. Если начинают отнимать слишком много времени, то значит перестают выполнять свою функцию. Проблемы недостатка понимания для чего нужен компьютер ощущаются сейчас во всех сферах жизни. Поэтому я мечтаю, чтобы в школах начали преподавать информатику, не как программирование, а целостно, может быть, как документологию?

          Честно говоря, я даже не догадывалась, что именно лекции по документологии окажутся отражением многих моих внутренних вопросов последних лет.  Здесь, в окружении вежливых, внимательных, добрых людей, я получаю ответы также и на те вопросы, которые себе не задавала. Наконец начинаю понимать отдельные эпизоды истории нашей страны. С большой благодарностью вспоминаю лекцию про этикет.

          Буду ли я работать библиотекарем после окончания Высших библиотечных курсов? Я не знаю, нам не дано знать всего наперёд. Но, наверное, у каждого человека в жизни наступает такой период, когда начинаешь хотеть больше отдавать, чем получать, а ещё, чтобы это было связано с искусством, наукой и культурой. И именно в такой момент на пути жизни появляется Библиотека...

Ксения Анатольевна Кострова

В 2011 г. в Иванове окончила профессиональное училище,

получив квалификацию повар-кондитер.

В 2015 г. в Москве окончила

Институт журналистики и литературного творчества,

получив квалификацию журналист (периодическая печать).

Сейчас – слушатель Высших библиотечных курсов РГБ

Дорога в библиотеку. Как это было и есть

          Иногда мне кажется, что вся моя жизнь - это стремление в библиотеку. В место, где запах книг и магическая тишина смешались воедино. К сожалению, на сегодняшний день я еще не являюсь сотрудником библиотеки, но очень надеюсь, что после ВБК смогу это исправить.

Я родилась в Татарстане, в Набережных Челнах, в 1990 году. Вспоминая то время, чётко помню, что книги окружали меня постоянно. Окружение моей семьи часто читало, и сейчас в моей памяти запечатлены эти люди именно с книгой в руке.

Мой личный путь к книге начался с детского сада. Тогда я впервые взяла ее в руки и стала читать. Это была советская азбука. Сначала по слогам, а потом уже и целыми словами. Меня учила бабушка, С тех пор, лет с трёх, с книгой я не расставалась. Моей первой любовью была "Красная шапочка" Шарля Перро - тоненькая, красная книжонка со скромной девочкой и корзинкой в руках. Далее были: Маяковский "Что такое хорошо, что такое плохо", "Незнайка" Николая Носова, "Мойдодыр" и "Федорино горе" Корнея Чуковского. И понеслась...

Книгу я любила. Не только читать, но и нюхать! Да-да! Я вдыхала ароматы страниц, по которым можно было понять, насколько перед тобой старая книга. Старая книга пахнет историей. У каждой своя судьба и свой определенный аромат. По правде сказать, ароматы новых книг меня не впечатляют. Я больше по ветхой части, скажем так. Уже много лет.
         В начальной школе я начала писать. Я писала много. Не счесть, сколько тетрадей было истрачено на мои рассказы и прозы о бедных детях, о любви к Богу (чаще это было даже больше "философствование"), о судьбах людей в разных условиях жизни. Я словно жила в своем мире, из которого в реальность выходить было довольно трудно.

В 16 лет я стала писать стихи. В основном о чувствах. И вот, наконец, в этом году восемь моих стихов были отобраны для альманаха "Хроники цифрового века" издательского дома "Ритмы Вселенной", где современным поэтам предоставляют возможность раскрыться и заявить о себе.

В школьные годы моя любовь к книгам только усилилась. В основном мама покупала мне православную литературу, потому я считаю, что воспитана именно на ней. То, что нам задавали на лето в школе, я не любила читать, а вот домашней библиотекой зачитывалась от корки до корки. До сих пор на полках у нас стоят большая, красная, толстая Библия, двенадцатитомник жития миней святого Димитрия Ростовского, собрание сочинений св. Ефрема Сирина, книги по искусству, музыке, путешествию, медицине и много другой интересной литературы, от которой так же, как и когда-то в 90-е и 2000-е, пахнет ветхостью - местом, где прошло моё детство.

В 2000 году мы переехали в Шую – маленький городишко в Ивановской области. Там была только одна библиотека - в центре. Однажды я пришла туда записаться. Переступив порог библиотеки, я услышала, как скрипят старые половицы, и легкий запах все той же ветхости окутал меня. Подойдя к стойке, я увидела пожилую женщину, которая сидела и вязала. Она подняла на меня глаза, уточнив, первый раз ли я. Вот тогда у меня и сложилось четкое убеждение, что в библиотеке ничего не делают - только вяжут носки, читают и выдают книги. И мне это понравилось. Но сейчас уже, вникая в библиотечное дело с головой, я понимаю, как же скучно было бы, если б в библиотеке только этим и занимались!

Также одной из моих книжных страстей была психологическая литература. Периодически за советом ко мне приходили сверстницы, которые чем-либо делились со мной, и я старалась им помочь, исходя из своего книжного, психологического "опыта". И, бывало, действительно помогала. В настоящее время моим кумиром в психологии является доктор Андрей Курпатов, чьи книги я не так давно начала собирать и кого с моей подругой Александрой мы часто обсуждаем, благодаря его постам в Инстаграме, книгам и статьям.

Возможно, поступление в вуз на факультет журналистики был продиктовано именно тем же - любовью к книге. Изначально я планировала поступать на филологию, но открыв для себя ИЖЛиТ (Институт журналистики и литературного творчества на станции метро Арбатская), поняла: только туда!

В ИЖЛиТе книгу любили все! Иначе там было нельзя. Студенты этого вуза были заражены не только радио/-тележурналистикой, но и как зарубежной литературой, так и отечественной. С книгой, как и с газетой, мы не расставались. С нашими прекрасными преподавателями мы постоянно что-то обсуждали, дискутировали и выполняли огромное количество творческих заданий. Там же нас учили писать прозу и стихи.
Таким образом, моя любовь к книге только увеличилась. Институт помог мне полюбить книгу ещё больше.

Сейчас в нашей семье читают все, не считая моего четырёхлетнего сына. Хотя и тот уже тоже просит почитать ему книгу. Потому у меня есть мечта: привить любовь к книге моему мальчику! И чтоб он рос при библиотеке, куда мог приехать в любой день и знать, что она - его второй дом.
   Когда мы ещё только планировали переезжать в Щёлково, я мечтала о своем личном кабинете, где на стене от пола до потолка будут стоять книги, а в центре будет стол с компьютером. И также - о большом подоконнике, где я эти книги буду читать. Моя мечта сбылась пока что лишь на треть: три шкафа с книгами, стоящими в зале, у меня есть. Книги стоят за стеклом, и такие же страстные поклонники печатных книг, как и я, частенько останавливаются посмотреть, что же там интересного у меня есть.
   Пожалуй, я рассказала Вам все, что связано с моим соприкосновением с библиотекой. Хочется верить, что год обучения на ВБК не пройдёт для меня даром, и, благодаря ему, я смогу ещё долгие годы служить библиотеке и вдыхать аромат старинных книг, пропитанных своей историей и людской любовью.

Светлана Васильевна Кочнова

В 2008 г. окончила Институт национальной культуры

Мордовского государственного университета им. Н.П. Огарёва

по специальности Исполнитель народных песен,

преподаватель вокального искусства (народное пение)»

С марта 2019 г. библиотекарь отдела основного хранения

Российской государственной библиотеки

Библиотекарь ­– это профессия будущего

Призвание есть течение,

которому полезно учинить

препятствие в его истоке

для того, чтобы увидеть

река ли это или только ручеёк.

Адриан Декурсель

(1821 — 1892) — французский писатель, поэт и драматург

          Жизнь всегда ставит нас перед выбором. Кем быть? Чем заниматься? Какую профессию выбрать? Эти вопросы возникают в юности и не теряют актуальности на протяжении всей активной жизни. Думаю, у каждого из нас есть своё призвание: к чему лежит душа, чем хочешь заниматься. Те, кто выбирают профессию по призванию – самые счастливые люди, их работа – заниматься любимым делом. Но не всегда мы способны сразу и безошибочно определить своё назначение, выбрать свой путь. Часто к этому идут годами, преодолевая разного рода препятствия, чтобы понять, тем ли ты занимаешься, комфортно ли тебе в этом. Так и случилось со мной.

          Все мы о чём-то мечтаем в детстве, но в ту пору не задумываешься, что иногда мечты лучше оставить мечтами. Всё своё детство я пела на школьных мероприятиях, участвовала в различных музыкальных конкурсах, как городских, так и межрегиональных, смотрела по телевизору появившиеся тогда вокальные конкурсы и представляла себя на сцене. Мне было безумно интересно всё, что касается музыки. Я захотела овладеть каким-нибудь инструментом, и мой выбор пал на фортепиано. Все вокруг только и твердили, что пение - это твоё призвание! И вот моя мечта сбылась, в 2003 году я поступила на вокальное отделение МГУ им. Н. П. Огарёва. Мне было крайне интересно! Вокруг все сливались в едином творческом порыве, это заражало и заряжало особой энергетикой. Мой юношеский максимализм, мои эмоции наконец-то нашли выход. Мы обучались по соседству с ребятами библиотечного отделения и каждый раз при встрече сочувственно смотрели на их серьёзные лица, завидуя самим себе.

          После окончания учёбы я устроилась в казачий ансамбль, где оказалось всё гораздо серьёзнее и ответственнее, чем на учёбе. «Подковёрные игры» в артистической среде не добавляли положительных эмоций в мою работу, да и жизнь в целом. Началась переоценка ценностей, личностные метания. Я задавала себе вопросы: для чего я училась пять лет? В какой момент всё пошло не так? А, может, музыка, вокал – вообще не моё призвание? Я понимала, что испытания, которые выпали мне в тот момент, – это лакмусовая бумага, которая показывает то, что было глубоко скрыто, то, о чём я не задумывалась, выбирая профессию, мной двигало лишь моё «хочу петь».

После долгих размышлений я пришла к выводу, что это не мой путь. Я не хочу бороться, преодолевать сложившие трудности, и вовсе не потому, что я слабая, а потому, что не хочу разрушать окончательно и без того пошатнувшееся представление о своей мечте. Я решила оставить пение в списке моих хобби, переехала в Москву и устроилась менеджером по работе с клиентами.

Работа в офисе тоже оказалась полна интриг и своеобразных сложностей, но выбирать мне тогда не приходилось. Несмотря на это, я не пожалела о том, что сделала шаг вперёд, – именно так я расценивала перемены в своей жизни.

Иногда бурное течение жизни несёт нас и крутой волной отбрасывает на берег совершенно чуждый, или же мы заплываем в приток, который для нас либо слишком мелок, либо слишком глубок. Кто-то всю жизнь барахтается на отмели, кто-то тонет, уставая бороться с волнами, но и тем и другим не хватает смелости развернуть свои лодки, наполнить паруса ветром перемен и найти своё русло.

Моя жизнь круто изменилась, когда я встретила любимого человека и стала женой и матерью. Моя семья дала мне силы, подарила крылья. Я уволилась с работы и посвятила себя моим любимым мужчинам – мужу и сыну.

Но вот мой сын подрос и пошёл в садик, а я снова, как в юности, стою на распутье. В моей жизни снова настал момент поиска себя. Кто я в этой жизни? Каково моё призвание? Ведь я хочу расти и развиваться как личность! Вновь настало время проб и ошибок. Поиски были долгими и порой изматывающими, но я не отчаивалась, с присущим мне оптимизмом шла вперёд. И была вознаграждена за терпеливость. Одна моя хорошая подруга сказала, что в библиотеке есть место и что я могу прийти на собеседование.

Помню волнение и трепет, которые охватили меня перед входом в здание. Первое впечатление, что я вошла во дворец, где живут книги. Этот запах, это желание объять необъятное, читать, узнавать, совершенствоваться. Я очень живо представила себя в библиотеке с книгами, с интеллигентными людьми и мне захотелось попробовать, мне стало интересно.

Первый инструктаж, первые рабочие дни заставили меня вспомнить студентов-библиотекарей. Я даже не могла подумать, насколько это сложная и нужная профессия – библиотекарь! Как много нужно знать, насколько нужно быть развитым и эрудированным человеком. Библиотекарь – это профессия неограниченных возможностей, информационный багаж, которым он владеет, безграничен. Эта профессия гораздо шире, чем просто помощь в подборе литературы. На мой взгляд, библиотекарь – это ученый-универсал, который обладает таким арсеналом знаний, чтобы быть наравне с профессорами разных областей наук. Также он должен владеть новыми информационными технологиями, поэтому библиотекарь всегда находится в стадии обучения. По моему мнению, это профессия будущего.

Я снова учусь, делаю это осознанно и с большим удовольствием. Да, порой бывает сложно совмещать работу, учёбу и семью, но теперь я испытываю удовольствие от преодоления этих трудностей. С энтузиазмом берусь за дело. Меня радует, что на меня рассчитывают, что я подошла на эту должность, а точнее сказать мне подошла эта профессия. Наконец-то я нашла себя, чувствую, что я на месте. Теперь точно знаю – это моя река, и я плыву, подняв паруса.

Елена Альфредовна Ларионова

Окончила Московский библиотечный техникум в 1989 г.,

стаж работы в библиотеке 2,5 месяца.

В настоящее время слушатель Высших библиотечных курсов

Библиотекарь – профессия по зову сердца

…Не люблю выражение «так сложилась жизнь» (думаю, жизнь складывается именно так, как задумано свыше, и для того, чтобы привести нас к определенному результату), но в моем случае не знаю, как сказать по-другому. По-другому будет слишком длинно, не всегда жизнерадостно и не всем интересно.

В общем, так сложилась жизнь, что, выбрав самую желанную для себя профессию библиотекаря, мне удалось поработать в библиотеке всего пару месяцев.

Нет, я не говорю, что когда в детстве меня спрашивали: «Кем ты хочешь быть?», я отвечала: «Библиотекарем». Но книжки были мне куда лучшими друзьями, чем сверстники. Мне хватало сестры, с которой мы читали одни книги, несмотря на разницу в возрасте в шесть лет. А папа брал нам в заводской библиотеке всего Дюма, Конан Дойля и Брэдбери, потому что в районной они всегда были «на руках». Бабушка со стороны мамы – заслуженный учитель русского языка и литературы – привила нам с сестрой любовь к русской классике и внимательное отношение к слову. Папа – инженер-конструктор, почти всю жизнь проработавший на заводе «Сатурн» (который выпускал двигатели для военных самолетов), был членом Общества книголюбов, поэтому мы постоянно сдавали макулатуру за подписку на очередное собрание сочинений или «Библиотеку всемирной литературы». Но в нашей семье, конечно, не только собирали, но и активно читали книги, в том числе и самиздатовские, запрещенные цензурой.

Когда встал вопрос, где мне продолжить образование после восьмого класса (учиться до десятого не было никакого желания), то я просто открыла справочник ВУЗов города Москвы и была слегка удивлена и одновременно очень обрадована, что существует такое учебное заведение, как Библиотечный техникум Москвы – БТМ. Удивлена я была, потому что никогда не предполагала, что для работы в библиотеке нужно еще и специальное образование, а не только любовь к книгам. А обрадована, потому что нужно было сдать всего три экзамена: русский устный, диктант и литературу. Никаких историй КПСС, математик и прочей «ерунды». К тому же сделать своё хобби профессией – не это ли мечта большинства из нас?

В учебе я не разочаровалась. В те годы (1987-1989) в БТМ был прекрасный преподавательский состав. Один Лазарь Петрович Соколовский, преподаватель зарубежной литературы, чего стоил! Его лекции были настолько интересными, эмоциональными и захватывающими, что их приходили послушать преподаватели и учащиеся из других групп. Мы обсуждали Данте и Сервантеса, Мольера и Бомарше, Маркеса, Кортасара, Майринка, Уайлдера, Борхеса и Умберто Эко. Это была лучшая учёба в моей жизни.

Как я уже сказала, в библиотеке я проработала недолго, и затем в профессию больше не возвращалась. Тем не менее я всегда работала с информацией – базами данных, информационными технологиями.

Когда после большого перерыва у меня снова появилась возможность работать, я, не задумываясь, решила вновь стать библиотекарем. Предполагая, что технологии и методы работы в библиотеках сильно изменились за последние несколько десятков лет, я стала искать курсы повышения квалификации. Ну а где же их искать, как не в самой крупной библиотеке страны? Я зашла на сайт Ленинки… и нашла ВБК.

Признаюсь честно, до этого я много-много лет не была в библиотеке. А зачем, если есть Интернет и электронные библиотеки? Мне казалось, что всю нужную информацию, все интересующие книги, иллюстрации можно найти в Сети, сразу прочитать или скачать на электронную книгу (которая, кстати, мне очень нравится своим объемом и мобильностью).

Высшие библиотечные курсы открыли мне глаза, по-другому не могу сказать. Поистине откровением стало для меня то, что библиотеки содержат огромный пласт интереснейших данных, того, что не найдешь в Интернете. И даже сам поиск информации в Сети стал для меня совершенно другим: использование электронных каталогов и оцифрованных ресурсов библиотек выводит результат поиска на качественно иной уровень, на порядок выше прежнего.

То, что работа библиотекаря мне подходит как нельзя лучше, выяснилось уже на первом занятии курсов, когда преподаватель предложил слушателям пройти тест на профориентацию. Тест определил, что лучшая для меня работа – со знаковыми системами и с людьми. Вообще учёба на ВБК даёт массу положительных эмоций, хороший адреналин, заставляет держать себя в умственном тонусе.

Отдельно хочется написать о спецкурсе «Книжные памятники». Это просто какое-то воплощение мечты – когда тебе рассказывают об истории книгопечатания, и ты держишь в руках эти первые книги, рассматриваешь старинные гравюры, шрифты, ощущаешь эту бумагу! Чувство, как будто попал в скрипту из «Имени Розы». То, что существует Музей книги, я знала (понаслышке), но ведь, оказывается, есть читальный зал Отдела редкой книги, открытый для всех, где любой желающий может заказать, например, «Symbola et Emblemata» и полистать ее! Для меня, воспитанной в социалистическое время, когда любая мало-мальски интересная информация находилась под запретом, это было открытием.

Я ни секунды не пожалела, что снова начала учиться. И в который раз убедилась, что библиотекарь – это моя профессия, выбранная по зову сердца.

Эдуард Михайлович Люшин

окончил Московский авиационно-технологический институт им. К. Э. Циолковского в 1998 году по специальности "Конструктор

двигателей летательных аппаратов и энергетических установок"

Библиотечный стаж 10 лет

В настоящее время заведующий библиотекой №183 им. Данте Алигьери (ГБУК г. Москвы "ЦБС ЮЗАО")

С библиотекой по жизни

   Заданная тема заставляет анализировать свою жизнь, свои интересы, встречи со знаковыми для себя людьми, их помощь и советы. Задача интересная и надеюсь, что с ней справлюсь.

   В моей жизни сначала появилась любовь к книгам. Конечно, к детским. Ведь каждый человек в период своего развития и взросления узнаёт мир через окружающие его предметы. Конечно, книга – один из главных таких предметов. Я не помню, чтобы я рвал книги или рисовал в них. Я относился к ним уважительно. Это были мои друзья, к которым я мог возвращаться снова и снова. В моей детской комнате стояли книжный шкаф и письменный стол. Шкаф всегда был полон книг, а на моём столе всегда были некоторые из них. Сначала я любовался иллюстрациями в книгах, что в зрелые годы привело меня к коллекционированию альбомов по искусству. Потом стал их читать осмысленно и сейчас не могу представить дня, чтобы не взял в руки книгу.

  Позднее, в классе третьем, меня записали в детскую библиотеку. И я помню, что после рассказа взрослых - как нужно обращаться с библиотечными книгами – я стал пользоваться ими ещё более аккуратно. Ведь они должны попасть в другие руки и поделиться своими ценными знаниями с другими читателями.

  Помню, как на уроке труда нам принесли книги из школьной библиотеки, которые нужно было отремонтировать – склеить распадающиеся книги, стереть ластиком записи, сделанные карандашом другими учениками. Я увлёкся и остался после занятий в мастерской, где восстанавливал книги. В тот день меня забирали родители, и я им увлеченно рассказывал о своей полезной работе.

  Я учился не на пятерки, поэтому после восьмого класса решил поступить в техникум космического машиностроения при заводе имени М. В. Хруничева. Как и на многих мальчишек, космос производил на меня магическое впечатление. Космонавтом я стать не хотел, но инженером, который создаёт корабли, представить себя было интересно. Я с широко открытыми глазами ходил на практике по цехам завода, где собирали модули грузовых космических кораблей. Мне нравилось работать с чертежами. Я стоял за станком и обрабатывал разные детали. После техникума, продолжая свою специализацию, я поступил в Московский авиационно-технологический институт имени К. Э. Циолковского. Нас обучали конструировать двигатели в рамках конверсии для мирного применения в энергоустановках. После окончания института в 1997 году я попал по распределению на работу в конструкторское бюро, в котором в переходные 90-е не было заказов на проектирование двигателей. Рабочие, с грохотом играющие в домино, не вызывали у меня радости, и через полгода я задумался о новом месте работы.

  После долгих поисков нового применения своим стараниям я пришёл на собеседование в российское представительство британской организации Charities Aid Foundation (CAF), которое во всём мире занимается поддержкой некоммерческих организаций (НКО). На тот момент это было новое направление, помогающее развитию российского гражданского общества. В фонде бесплатно предоставлялись консультации по созданию подобных организаций, по оптимизации налогообложения для НКО, по бухгалтерскому учёту некоммерческих организаций.

  Была в представительстве и специализированная библиотека, в которую меня взяли на работу. В ней собирались книги на иностранных языках, изданные зарубежными грантодающими фондами и некоммерческими организациями. Представленные организации работали в разных сферах жизни: с бездомными, с жертвами насилия, с онкобольными, с пожилыми; правозащитные, экологические, медицинские, профессиональные, клубы по интересам, волонтерские и многие другие. Российское представительство CAF издавало книги на русском языке в помощь начинающим сотрудникам некоммерческих организаций. Часть изданий были переводные с иностранных языков, а некоторые были написаны российскими авторами, которые делились своими успехами и проблемами в своей работе. С 1994 года издавался журнал "Деньги и благотворительность", он был первым российским изданием, посвящённым вопросам развития филантропии. На его страницах появлялись люди, определяющие лицо современной благотворительности. Редколлегия стремилась объединить в рамках журнала то лучшее, чего достигла российская филантропия, и передовой опыт зарубежных стран. Авторы и герои публикаций – частные и корпоративные благотворители, руководители ведущих фондов, крупнейшие эксперты в вопросах филантропии, а также те, ради кого существует благотворительность, – люди, получающие помощь, и некоммерческие организации, способные сделать жизнь нуждающихся лучше. Для этого журнала я написал две статьи.

  Библиотека собирала издания других организаций, но также и свои. Занимался я и рассылкой заинтересованным организациям и лицам всей страны изданий представительства. Конечно, мы не забывали о действии федерального закона "Об обязательном экземпляре" и высылали книги в Российскую государственную библиотеку и Книжную палату Российской Федерации. Сейчас мне приятно находить эти книги в электронном каталоге РГБ.

    Для читателей библиотека CAF работала в режиме читального зала. К нам приходили люди разные по возрасту и образованию, по национальности и сферам интересов. Приходила к нам в гости и директор Библиотечного благотворительного фонда Галина Владимировна Закамская, которая много помогала библиотекам центральных регионов России, а также библиотекарям, собирая для них гуманитарную помощь. Благодаря ей я познакомился с Виктором Ивановичем Гульчинским, крупным российским библиографом. Виктор Иванович осмотрел фонд нашей библиотеки. Оценив уровень печатной продукции, которую выпускали некоммерческие организации, а также высказанные пожелания других некоммерческих организаций собирать специализированные документные фонды по своей теме, он предложил проводить встречи с профессионалами библиотечного дела. Мы встречались с Юрием Александровичем Грихановым, Эдуардом Рубеновичем Сукиасяном, Владимиром Константиновичем Клюевым и другими известными профессионалами библиотечного сообщества. Эти встречи в виде лекций и вопросов-ответов были очень полезны многим участникам этих встреч.

    С 2003 года я сменил сферу своих интересов и пять лет проработал в фармацевтической компании. После этого снова вернулся в библиотеку, но уже в публичную, имени Данте Алигьери в ЦБС "Юго-Запад" города Москвы. Я продолжал свой трудовой путь в отделе литературы на иностранных языках. Имея в арсенале знание только английского языка, работать мне было сложно, так как фонд отдела собирался на пяти европейских языках. Кроме английского, комплектование шло на немецком, французском, испанском и итальянском языках. Спасибо коллегам, которые помогали в работе, а также читателям, всегда готовым поделиться о прочитанном и дать свою оценку того или иного произведения или автора.

  Сейчас, возглавляя библиотеку имени Данте Алигьери, я с благодарностью вспоминаю всех, кто помог мне развиваться в библиотечной среде, найти своё место и увлеченно работать для читателей и гостей библиотеки. Библиотека стала настоящим культурным центром, где проходят конкурсы выразительного чтения, встречи с писателями и поэтами, музыкальные концерты, кинопоказы на иностранных языках и даже экскурсии по Гагаринскому району столицы. Наша библиотека живет насыщенной культурной жизнью. Моё убеждение: если будет интересно сотрудникам, значит, будет интересно и нашим читателям.

 В настоящий момент я рад своему обучению на Высших библиотечных курсах (ВБК). Я имею возможность из первых уст узнать самые актуальные сведения о российском библиотечном сообществе, ознакомиться с передовым опытом коллег и узнать правовые рамки деятельности учреждений культуры. И ещё одна приятная неожиданность – это дружный коллектив обучающихся, готовых общаться во время учебы и в свободное время.

Сусанна Агасиевна Мелоян

В 2005 году окончила МГУ им. М.В. Ломоносова,

философский факультет, специальность политология

Стаж библиотечной работы два года.

В настоящее время менеджер

внешнеэкономической деятельности ООО " Интел-Руал"

 Верность и уважение к книге, переданные потомкам

Моему сыну Фёдору посвящается...

   Вынесенные в заголовок слова как нельзя более точно передают глубокое почитание и трепет от радости прикосновения к самому ценному духовному богатству человека. В своём письме к тебе, мой дорогой сын, сначала хочу поведать о том, что в сердце моем живёт одна история. Точнее говоря, история нашей с тобой семьи. Это путь нескольких поколений, живших и идущих по жизни с бесценным кладом - книгой.

    История началась больше ста лет назад, тогда, когда жизнь людей зависела от их политических взглядов и принадлежности к определённому социальному классу. Наша большая и дружная семья с огромным домом, со двором, полным живности: лошадьми, коровами, птичником, - в один далеко не прекрасный день осталась без крова и родных людей. Случилась страшная кровавая трагедия. Несправедливая, горькая, непоправимая… Начались массовые гонения на крестьян по признаку имущественного положения. Люди, которые всю жизнь посвящали молитве и труду, которые не гнушались даже самой тяжёлой работой на своей земле, которые кормились этой землёй и не жалели милостыни нуждающимся, в один из дней 1917-го года увидели ад на той самой земле, с кровью, голодом, изгнанием и изъятием всего нажитого, не больно-то и богатого. Семья была дружная, жили все вместе в большом деревянном доме, где бревно в срубе разве что взрослому мужчине под силу было обхватить руками. Край тот славен был лесом и… молельными домами старообрядцев.

         Из рассказов бабушки

  «...помню, матушка только распахнула окна в избе и прокричала: “Бегите, дети, бегите в поле, к речке, а там и в лес“. И мы побежали по полю, к реке, в сторону леса. Нас было десятеро детей. Кого-то из братьев поймали люди «из органов», одного брата зарезали на месте, второго повесили позже. Меня, семилетнюю девочку, спасали в монастыре, где я и провела следующие четыре года, доучившись до четвёртого класса».

  Она училась! Училась в то время, когда главным было выжить, когда боль от несправедливости происходящего и тошнота от осознания потери близких накрывали всю сущность человеческую. Но молитвы и книги (да-да!) именно книги помогли не озлобиться и с верой в Бога и людей продолжить достойно жить. Книги были церковные, старообрядческие, намолённые, передаваемые из поколения в поколение. Именно они были рядом с той маленькой девочкой Леной, спасая ее от безграмотного невежества, а она их – от конфискации и уничтожения. Ей было семь лет.

    Помнится Рождество Христово, которое она впервые праздновала в монастыре. Лена читала выученное к этому празднику стихотворение Алексея Плещеева:

Был у Христа-Младенца сад,

   И много роз растил Он в нём...

     Бабушка Елена и в свои 87 лет всё так же легко, совершенно без запинок, рассказывала мне этот стих. Вся жизнь её проходила рядом с книгой и с теми книгами, которые «обучали» её в монастыре. Ей удалось их спасти дважды. Сначала – когда она вышла замуж за нелюбимого человека, коммуниста, имеющего власть в её родном селе. Это и помогло сохранить в семье церковные реликвии: иконы и книги. С этим мужем они позже разошлись. Много плохого пережила бабушка с ним, но благодарность за сохранение святыни пронесла через всю свою жизнь. Позже ей встретился мой дедушка, с которым она прошла всю Великую Отечественную войну и была его спутницей еще много десятилетий.

   Читала бабушка Елена в течение всей жизни, и это ей очень помогало. Училась, воевала, потом стала главным специалистом-зоотехником района, подготавливала лошадей перед отправкой на фронт. Она помнила все прочитанные ею книги, часто сравнивая свою жизнь с героями литературных произведений.

    Моя мама, твоя бабушка, росла в послевоенное время. Тогда силы всех граждан, от мала до велика, были отданы на восстановление страны из руин. Дети тех лет были намного прилежнее, целеустремлённее и идейно-мотивированнее нынешнего поколения. В то время наша семья отстроила новый дом, обзавелась хозяйством и бережно относилась к книгам, которые по праву заняли в доме своё место - в заново отстроенной молельной комнате с русской печью и небольшими окошками.

   Школа находилась в нескольких километрах от дома, а путь туда и обратно составлял целый десяток километров. Библиотека на селе была центром притяжения и молодёжи, и старшего поколения. Она находилась в центре села (село Урень, где происходили все описываемые события, стало городом только спустя десятилетия). Село было большое - 11 тысяч человек! Читатели-школьники в свободное от учёбы и работы по хозяйству время засиживались в библиотеке до самого её закрытия. Библиотека была окном в мир приключений, мир романтики, мир науки, фантастики и лирики. Именно там твоя бабушка, тогда ещё юная школьница, и её младший брат нашли себе друзей по переписке, по интересам. Библиотека объединяла. Для читателей той поры она была не просто местом, где можно было взять книгу или журнал, а местом, где школьники делали уроки, встречались подружки и приходили заниматься в литературном кружке любители поэзии и прозы. Библиотека была местом притяжения так называемой “прогрессивной” молодёжи, интересующейся научно-технической тематикой. Работал кружок “Научный мир”, который моя мама тоже старалась посещать. Там обсуждались новые номера журналов “Наука и жизнь”, ”Техника – молодёжи” и, конечно, “Вокруг света”, переносящий сельских читателей из глубинки на острова далёких морей и океанов, на седые вершины гор.

   Эти журналы вдохновляли молодёжь поры 50-х-60-х гг. ХХ века. Романтика приключений, обязательное знание наизусть поэзии классиков тянули за собой тех смельчаков, благодаря которым строились и развивались новые города, запускались в космос спутники и организовывались интереснейшие туристические маршруты на Эльбрус. Молодые люди того времени старались специально выбирать профессию потруднее, и всю тяжесть их пребывания и перемещения в глубь страны скрашивали томики любимых книг и даже целые передвижные комсомольские библиотеки. В любую погоду, в единственной паре обуви, в видавшем виды платье, сшитом прабабушкой из отреза, выменянного на молоко и яйца, она, твоя бабушка, бежала туда, где чувствовала себя по-особенному, возвышаясь над житейской суетой, домашними делами, уходом за огородом и уроками, погружаясь в атмосферу необъятного и непостижимого мира - царства книжного.

    Тебе, наверно, хочется спросить меня, почему я рассказываю тебе только про женщин нашей семьи? А где же мужчины?

     Конечно, дорогой мой мальчик, мужчины в нашей семье также учились, постигая различные науки; они были очень смелыми, прошли войну, много работали, помогали людям, читали книги и ходили в библиотеки… Но твои бабушки отличались энциклопедическими знаниями, хорошей памятью и острым умом. Они всегда знали, чем и как помочь окружающим, обращающимся к ним за помощью, понимали, как лучше поступить, и почти всегда могли ответить на любой вопрос, заданный собеседником. Наши прародительницы безмерно любили жизнь, имели уважение к людям и бесконечно преданными своей семье. Они были чрезвычайно начитанными и помнили сюжеты и персонажей прочитанных ими книг. Я горжусь ими ещё и потому, что любовь к книге, к знаниям они пронесли через свои жизни, передавая по наследству уважение к книге как главной ценности духовного мира человека.

    Мне вспоминается имя гениального итальянского библиотекаря и ученого, знавшего к концу жизни практически наизусть все прочитанные им книги из собственной библиотеки, - Антонио Мальябеки (1633—1714). Выдающийся человек с феноменальными способностями. “Жизнь так коротка, а книг так много”. Его дом был буквально переполнен книгами, стояли лестницы с ними, они даже заполнили крыльцо. Его библиотека стала впоследствии частью Национальной библиотеки Флоренции.

    Дорогой мой сын! Моё детство было очень счастливым. Прекрасных моментов было множество, а один из самых ярких тот, когда моя мама привела меня в библиотеку рядом с домом. Знаешь, счастье - это не только какие-то вещи или кадры в памяти, но и запахи. Да! Именно запахи счастья, которые идут с нами по жизни. Они сопровождают нас до глубокой старости, прячась в каком-то уголке нашего мозга. Но стоит вдруг вновь ощутить издавна знакомый запах, и память возвращает связанные с ним спрятанные воспоминания. Запахи могут переносить тебя к самым сильным по эмоциональности воспоминаниям из прошлого даже больше, чем звуки.

  Процесс обретения воспоминаний благодаря запахам получил название «феномен Пруста» в честь французского писателя Марселя Пруста (1871—1922), рассказавшего в своём романе «По направлению к Свану» о том, как живо всплыли в памяти самые радужные воспоминания из детства всего лишь после того, как он съел бисквит, по вкусу напомнивший ему печенье, которое он ел, будучи совсем маленьким мальчиком. Это только теория, но в моей жизни она подтверждалась множество раз. Запах маминых рук, запах с кухни, когда зимой ты возвращаешься с горки вся промокшая, но счастливая, запах хвои и мандаринов на Новый год, Восьмое марта с его неизменным ароматом мимозы. Все эти запахи идут с нами из детства. Но есть один, о котором я бы хотела тебе рассказать, - это запах библиотеки. Ощущение первого вдоха библиотечного воздуха. Переступив порог библиотеки, я его сделала и уже не забуду никогда.

     Это был первый этаж жилого дома в Аптекарском переулке, куда переехала библиотека после пожара. История её началась на основе разрозненных общественных библиотек в 20-е годы ХХ века. Организовывались библиотеки в трудное для страны время. По решению библиотечной секции Наркомпроса многим из них присваивались имена революционеров. Моя первая библиотека носила имя революционера Григория Усиевича (1890—1918). В ней было очень светло и празднично. Я чувствовала себя важной персоной в самой настоящей взрослой жизни. Меня встречали и приглашали в мир непознанного, где я была не шестилетней девочкой, а личностью и независимым исследователем.

     Любовь к жизни у меня сформировало моё окружение. Привычки, переданные родителями, остаются со мной неизменно. Так, моя любовь к книгам и благоговение перед ними много раз помогали и мне “видеть свет, когда его почти не оставалось”.

     Проходя через стеклянные двери, я оказывалась в большом зале, где у входа стояли новенькие книги с яркими обложками. Ковровые дорожки вели к кафедре выдачи книг. Это было похоже на поход в гости, только не туда, где нельзя без спроса выйти из-за стола, а туда, где можно в спокойной, тёплой обстановке брать вещи-книги, знакомиться с ними, или узнавать “старых друзей” и с нескрываемой радостью уносить их домой в нетерпении сначала просто сидеть и листать от начала и до конца. Время там словно останавливалось. Точнее – сохранялось. Сохранялось для следующих пришедших вдохнуть этот воздух и услышать приглушённый, еле слышный разговор возле полок, неожиданный стук книги по столу. Там был запах открытий. Ожиданий чего-то значимого и очень ценного. Это смесь ароматов фанерных ящичков-каталогов, газет, свежевыкрашенного лаком паркета, сладко-приторного аромата духов библиотекаря и ворвавшегося через приоткрытое окно уличного воздуха.

     На лето родители увозили меня с братом в село Алёшино, что в ста километрах от Москвы, где мы, сливаясь с деревенским бытом, постигали науки огородничества и рыбной ловли. Но был в том селе и остров духовного развития - сельская библиотека. Она навсегда врезалась в мою память. Я видела её процветание и была свидетелем её гибели. Совсем небольшая, находилась она всего в одной комнате, без удобств и отопления, с окошком и решёткой на нём и входной дверью, выходившей на крыльцо с тремя ступенями. Тихая и добрая библиотекарь работала три раза в неделю на протяжении многих лет. Я была записана в эту библиотеку, благодаря чему весь список литературы, заданный в школе на летние каникулы, всегда был мною освоен. На протяжении нескольких лет я была летним читателем сельской библиотеки. Трудно писать и вспоминать о ней в прошедшем времени. Для меня библиотека - живое и нерушимое существо, растущее и растящее новые поколения.

     С болью вспоминаю настоящую гуманитарную катастрофу, происшедшую с нашей страной. Развал Союза волной цеплял за собой крушение важнейших социальных объектов. А та маленькая комната с шестью стеллажами по три метра в длину была глотком воздуха сразу для пяти деревень в округе. Наступило тяжёлое время для страны в общем и для каждой семьи в частности. Вместе со страной погибала и культура. Шла подмена приоритетов, наука обесценивалась, а люди, верящие в свою родину и по-настоящему любящие её, натерпелись унижений от невежд, тонущих в тщеславии и глупости. Нашу сельскую библиотеку закрыли, а потом и сожгли... Горе!

     Писатель, историк, блестящий знаток, хранитель и популяризатор африканской устной литературной традиции Амаду Хампате Ба (1901-1991) однажды высказал мысль о том, что смерть старика похожа на сжигание библиотеки. Наши умы и души содержат тома чувств и эмоций; сознание каждого человека - это коллекция воспоминаний, разложенных по полкам и хранящихся внутри частной библиотеки жизни. Её никто не может полностью разделить с нами; она исчезает, когда мы умираем. Но если вы можете поделиться ею с одним человеком или со всем миром на странице книги или в рассказанной истории, то пусть у нее начинается собственная жизнь.

     Милый сердцу, дорогой мой человек! Пусть тебя не пугают мои воспоминания, это часть и твоей истории тоже, а без истории нет света в будущем.

     Я мечтала о том, чтобы моя профессия была связана с книгами, с литературой. Провалив вступительный экзамен на филологический факультет Московского государственного университета, я устроилась работать в Научную библиотеку МГУ в корпусе гуманитарных факультетов. Это был мой первый опыт работы и первый опыт работы в библиотеке. Волнение и трепет не покидали меня ещё много месяцев спустя, даже после того, как я уже полностью освоилась на рабочем месте и пришедшим новичкам могла проводить экскурсии по библиотеке. Больше всего в работе мне не нравилась расстановка книг перед началом обслуживания читателей. Особенно трудными были разделы, которые даже своими названиями вселяли в меня ужас. Но позже я выбрала себе несколько разделов, в которых научилась ориентироваться как рыба в воде: зарубежной и отечественной художественной литературы, философии, фольклора и эпоса. В этих разделах находились мои самые любимые книги. Я узнавала их по обложкам, названиям, форме, цвету, хотя тогда их и не читала. Они были моими друзьями, которые каждое утро встречали меня на рабочем месте и с которыми мне было очень приятно общаться.

  Запах в этой библиотеке совершенно не напоминал мне о детстве и не находил отзыва в моей душе. Зато ощущение причастности к работе и жизни библиотеки окрыляли меня. Коллектив наш был женский и разновозрастный. Многие из тех, кто пришёл работать туда на короткое, как они считали, время, оставались на десятилетия. За два года работы в читальном зале я научилась по-настоящему ценить и жалеть книги, нашла подруг, с которыми вот уже третий десяток лет иду по жизни. Поступив на философский факультет, я перестала работать в библиотеке, и моя жизнь долго была связана с академической работой на ставшем родным философском факультете. Но её долго в своих снах я видела фонд той библиотеки и мою работу в ней.

    Всё, что мы переживаем, разворачивается не по сценарию, написанному заранее. Жизнь - странное явление, порой она словно какофония, ноты, не составляющие мелодию. Но если ты сможешь разглядеть отражение жизни в уже пережитом, то, возможно, ты сможешь создать гармонию и порядок, создать мелодию.

    Я от души желаю тебе, сынок, слушать своё сердце, ценить жизнь и уважать людей, быть верным своему Отечеству и беречь самых бесстрастных друзей - книги!

Денис Владимирович Перепёлкин

В 1995 г. окончил СПТУ № 49 г. Жуковского Московской обл. (специальность «Столяр-модельщик по аэрогидродинамическим моделям из неметаллов, IV разряд);

2001 г.: выпускник Свято-Тихоновского богословского института, г. Москва (Историко-филологический факультет, специальность «Филолог, преподаватель французского языка»);

2009 г.: Отдел автоматизации Научной библиотеки РГГУ, гл. библиотекарь;

2013 г. по настоящее время: Сектор электронных ресурсов Отдела централизованной каталогизации РГБ: гл. библиотекарь.

Библиотечный стаж – 10 лет.

 

И вот я библиотекарь, или Почему здоровый дядька,

с детства мечтавший быть владельцем заводов, газет, пароходов,

скатился до работы в библиотеке, да так в ней и остался,

и никуда больше не хочет

Кому я нужен, маленький сиротка,

                     Пойду на рельсы, лягу поперёк!

(песня)

Начало слишком уж мрачное. На самом деле всё не так плохо. А теперь внимание! Изложенное – предостережение тем, кто, работая в библиотеке:

1) вылезает по будням из-под одеяла с вопросом: «Ну за что мне всё это?!»;

2) придя на работу, спрашивает себя: «Что я тут, черт побери, делаю?!»,

3) работает от буфета до обеда и обратно до буфета (и я всё это проходил);

4) то и дело поглядывает на настенные часы – «четыре есть уже?»

Надеюсь, эти люди пока до конца не осознают, какую трещину дала их жизнь, и что, возможно, срочно пора что-то менять. Но везде всё одинаково.

Для тех остальных, кто понял, до чего они докатились, кто ценой нечеловеческих усилий всё же смог хоть капельку изменить своё отношение к реальности, – мы молодцы, у нас все распрекрасно! Библиотека – отличное место. Уникальное. Потому что в ней жизнь устроена так, что можно вообще ни о чём не беспокоиться. И эту статейку дальше не читать. Впрочем, кому интересно – вот, пожалуйста, читайте.

На заре туманной юности

Сначала моя бабушка подписалась на Библиотеку всемирной литературы и мало-помалу собрала к моему рождению все двести пятьдесят томов. Когда я подрос, то понял, что эта серия издана бестолково, потому что корешки были не пронумерованы. Накупив наклеек, я сделал это сам. А «суперы» выкинул на помойку – всё равно их погрыз хомяк. Бумажки погрыз, а переплёты не тронул. Вот настоящий библиотекарь!

1999 год. Второй курс института. В подвале крестильни Николо-Кузнецкого храма знаток нескольких десятков итальянских наречий, литературовед и переводчик средневековой прозы Николай Всеволодович Котрелёв читает курс по библиографии. Тридцать девушек и юноша (кто это был, как вы думаете? Правильно!) слушают, больше любуясь костюмами лектора. «О чём там можно рассказывать? – думал я, идя на первое занятие. – Зачем мне это? Неужели мне когда-нибудь придется работать в библиотеке? Скучища!» А Николай Всеволодович рассказывал про студенческие приключения, про Италию (как в одном итальянском монастыре у него чуть не украли жену), про сына: «Оболтус, приду домой и вздрючу – взялся без отца переводить книгу. И чуть не издал!»; про войну московской и ленинградской лингвистических школ; как спивались затравленные профессора (лингвистика – штука не бескровная), про матерные анекдоты, которые Иван Александрович Бодуэн-де-Куртене записывал для коллег латиницей, чтобы они, копаясь в этимологии, не отвлекались на эмоции.

Постепенно я вслушивался, проникался, и, взявшись за первое домашнее задание, как это у Горького-то, «малость перетого…» Переусердствовал. Вместо одной бибзаписи сделал всю годовую журнальную подшивку, страниц на сто пятьдесят. И бухнул эту пачку на стол Николаю Всеволодовичу. Семинар закончился, все разошлись.

— А вас, Денис, я попрошу остаться, ровно на одну минуту, – Николай Всеволодович внимательно посмотрел на меня. — Дай бог, если из всей вашей толпы хоть пара человек станет библиографами.

Студенческие бумажки я сортировал с немецкой педантичностью. Моё методическое обеспечение было в абсолютном порядке. Я балдел от того, что мог за секунду найти нужный конспект. Все пронумеровано, подписано, разложено по датам и предметам.

В людях

Распределения уже не было, и лет десять я метался, прыгая, как герой фильма «Укротительница тигров» Мокин, с тумбы на тумбу[1], попробовав себя в банке, на телевидении, в архиве, издательствах и турфирмах. Вот уж сбылось, нечего сказать – владелец заводов, газет, пароходов! И нигде, аки Сын Человеческий, не мог преклонить голову. Но всюду тянуло меня к порядку. И всюду давали мне разбирать бумажки и видеозаписи. Кто-то сам находит работу, кого-то работа находит сама. В этих «университетах» я и получил первые прикладные уроки, как обращаться с документами. В банке мне объяснили, что нельзя их сразу дырявить степлером и дыроколом, прежде чем они железно не попадут в архив. Чуть было премии не лишили.

В очередной раз оставшись без работы, уехал на дачу. Затопил печку, налил полчашки кагора, взял томик «Евгения Онегина» и решил почитать при лучине, «горе забавить». Не тут-то было. Какая там забава, если впереди неизвестность и безденежье. Швырнул Пушкина в печь (у меня дома еще один такой есть), чашку – об стену. Промелькнуло: «Пушкин тебя накажет!» Посидел ещё немного, подмёл и пошёл спать. А Александр Сергеевич бодрствовал и, видать, правда, решил меня проучить.

Через несколько дней на мое резюме ответили из библиотеки. Сказали, что скопилось много дисков, и нужен человек, который бы ими занялся, плюс чтобы он освоил также и систематизацию, и авторские знаки и всё-всё-всё. И швец и жнец. «Ну что ж, пойду, – решил я. – Пока других вариантов нет». Так я и устроился, ничего не ожидая. Сбитый бомбардировщик.

Не думал, что Александр Сергеевич «отломит» мне десяточку (до сих пор больше трёх лет нигде не задерживался).

Вести с полей

Библиотечная работа по-своему удивила. По разнообразию и накалу «страстей» здесь не хуже, чем на телевидении и в рекламе. Случаются войны, бывают авралы. Считается, что профессия библиотекаря непопулярна. Отчасти это верно, особенно учитывая низкую зарплату. Постараюсь, однако, показать, что это не совсем так. Смотрите, сколько сразу плюсов:

  • в библиотеке рабочая атмосфера показалась мне какой-то более взвешенной в сравнении с другими местами. Ощущение, что ты – капитан подводной лодки. На суету внешнего мира смотришь, как в перископ. Наверху шторм, ужасы, а ты видишь суть этих явлений. Нигде раньше такого не испытывал. Раньше я наводил порядок в своих студенческих папках. Теперь библиотека наводит порядок у меня в голове. Удивительное ощущение. «Штирлиц подумал. Ему понравилось. Он подумал ещё раз»;
  • благодаря библиотеке я научился разбираться в книгах; теперь легко отличаю издание, выполненное со вкусом, от ширпотреба; узнал, какие есть литературные жанры; какое издательство на чём специализируется; научился отделять главное от второстепенного; это очень помогает и в повседневной жизни, во всех областях. Я уже не запутаюсь в море информации и сэкономлю кучу времени и сил;
  • здесь же я освоил разные специальности: каталогизацию, систематизацию, в комплектовании себя тоже пробовал; составил описание личной библиотеки Елеазара Моисеевича Мелетинского[2]; работал с базами данных; занимался html-версткой, работал на нескольких веб-платформах.

Новая жизнь

Мое представление об окружающих меня вещах к моменту, когда я начал работать в библиотеке, было, мягко говоря, неупорядоченным. Библиотечная работа, которая многим кажется рутинной, мне далась, тем не менее, очень хорошо. Схватывал на лету. Задания выполнял быстро, качественно. Выработал свою систему, которой придерживаюсь до сих пор. Работа по системе экономит много времени. Следовательно, появилась возможность разобраться с внутренними вопросами. Я начал читать больше книг по естественным наукам, смотреть больше фильмов, знакомиться с новыми людьми, общаться, получать новые знания. Увидел, что библиотека – не дом престарелых, как многие ее себе представляют. «Население» здесь такое же, как и везде. Новые книги, фильмы и люди подсказали мне, в каком направлении начать двигаться дальше, как совершенствоваться не только в сторонних хобби, но и непосредственно в профессии. Чем не просвет? Библиотека здесь сыграла в моей жизни самую настоящую просветительскую роль. Какой тут тупик? Настоящий профессиональный и жизненный ликбез.

Аппетит приходит по время еды. Начав работать над собой, через некоторое время посмотрел на себя прежнего совершенно иначе. Знаний о книгах и библиотеке накоплено довольно много и они разнообразные. Неплохо бы теперь их упорядочить, придать им вид системы. И вот тут-то очень кстати пришлись Высшие библиотечные курсы (здесь и далее – ВБК).

Запомнился отзыв одного из выпускников этих курсов: мол, аттестация теперь не страшна. Само собой. Для меня важно вот ещё что: я-то думал, что библиотека – это тупик и путь под откос одновременно, что жизнь окончена, если ты так нигде и не приткнулся (ну не берут тебя маршалом в холдинг!) и скатился до работы почти что в богадельне.

На деле получилось, что работа в библиотеке вместо тупика стала просветом, и от слова просвещение – как новые знания, и просветом буквально, в смысле практических возможностей, к которым эти знания приводят. Всё верно: «Теория – лучшая практика». Невозможно грамотно практиковать без внятной теории. И сколько времени я потратил бы до того момента, прежде чем я сам додумался бы до того, что узнал и чему научился в библиотеке и на ВБК?

Скатиться под откос тоже не вышло: библиотечный путь стал, наоборот, восхождением. Об этом чуть подробнее. Попробую объяснить, что я имею в виду.

***

До сих пор мне казалось, что я знаю о книгах почти всё. Но что-то подсказывало: «Если ты постоянно узнаешь что-то новое в той области, в которой, как ты думал, ты все знал, то и здесь есть место для расширения кругозора. У Котрелёва ты тоже считал, что все знаешь. Однако же профессор за одно занятие изменил твоё представление. А в Российской государственной библиотеке есть целые библиотечные курсы, высшие! Может, стоит пойти учиться на них? Заодно и выяснишь, что там такое «непознанное» можно преподать о книге». И решил я на эти курсы записаться. А коллеги? В один голос меня поддержали; на следующий день начальство выдало приказ.

ВБК – чем хороши?

Библиотечному делу сейчас можно выучиться везде, где кому не лень. Предложений – море. Вот только (говорю как спортсмен) есть одна хитрость. Когда приходишь в спортивную секцию (клуб, по-современному), неплохо бы узнать, кто тренер: в какой он федерации, действующий ли он спортсмен, и совсем шикарно – есть ли у него справка из соответствующего профильного вуза/аспирантуры (НГУ им. П.Ф. Лесгафта, например)?

И тут большинство «курсов» и «тренеров» по библиотечному делу предлагают ну просто совершенную сказку! Всё там хорошо, всё правильно. Количество часов – то же самое, что и на ВБК (семьсот). Обучение строго по специальности – ничего лишнего, никаких широких профилей и теорий, практика и только практика. Оплата – по-божески, ну что вы! Ах, вы Илья Муромец, лежащий в расслаблении? Тогда наш дистант – для вас! И вся эта красота, только подумайте, – за месяц! Воображение так и рисует, как отреагировал бы на это один из выдающихся библиотекарей Владимир Ильич: «А? Каково?!» Разве вам не хотелось бы выучить английский за две недели? За месяц получить черный пояс и научиться ходить сухим между каплями дождя?

Реальная же «мораль сей басни» такова: в лучшем случае слушатель получит узкопрофильную (притом весьма поверхностную) подготовку. К тому же сильно сомневаюсь, что слушатель не промахнется со специальностью и снайперски выберет именно ту дисциплину, по которой в дальнейшем ему придется работать в желанной библиотеке, куда его возьмут ну непременно, гарантированно.

Ладно-ладно, предположим, сказка стала явью (вот ровно так, как это происходит с большинством актёров – с театральных подмостков в президентские кресла), тогда дальнейшее обучение – утопия, поскольку заниматься придётся нон-стоп без перерывов на обед/моцион/сон.

По статистике, человеческий мозг в таком режиме выдерживает до двух недель. Потом – привет, патология! Видимо, на это такие «курсы» и рассчитывают. Чудаковатый библиотекарь на выходе. Или на выезде. Добро пожаловать в нашу школу! Всегда вам рады.

***

Так что же особенного в ВБК? Чем они хороши? «Те же семьсот часов, – скажут, – только размазаны на год. И не так все страшно. Можно ведь не нон-стоп. На отдых тоже время найдется. Так?» Так. Только немного по-другому:

  • На первом же занятии ВБК (вводном) я узнал, что курсы эти (к слову, старейшие в России), учреждённые в 1913 году при Московском народном городском университете, названном позднее в честь его основателя, Альфонса Леоновича Шанявского – сегодняшний РГГУ – дали импульс к возникновению всех видов российских библиотечных техникумов, самого МГУКИ (Московского государственного университета культуры и искусств, сегодня снова переименованного в Московский государственный институт культуры) и Коммунистической академии им. Я. М. Свердлова, предшественницы ВПШ (Высшей партийной школы, огромный фонд которой хранится в научной библиотеке РГГУ, в которой мне и довелось работать);
  • Настоящий университетский подход. Шутка ли: 6 обязательных и 15 факультативных курсов, совмещающих сразу два (!) образования – университетское и специальное.
  • Приверженность традиции фундаментального – широкопрофильного – образования. Преимущество такой платформы перед узкой специализацией в том, что «широкопрофильник» может работать в любой библиотеке, в любом ее отделе и по любой библиотечной специальности. Переквалификация сотрудника-выпускника ВБК займет в несколько раз меньше времени, нежели при подготовке начинающего «кадра» с нуля; да и как можно дать узкую специализацию сразу тридцати учащимся? А группы огромные и от желающих отбоя нет. Значит, ВБК, наверное, чего-то стоят.
  • А стоят многого (я не про деньги), если обучаться на них приезжают ребята «от Владивостока до Бреста», из бывших союзных республик (Беларусь, Казахстан), из ДНР (полулегально), и из США (нет в Штатах спецкурса по древнерусской и православной литературе). Многие едут за свой счет;
  • Обучение очное, есть и дистант, но это отдельная история;
  • «А судьи кто? Профессора с многолетним опытом работы? Да-да, слышали, везде так говорят». Возражу: есть две организации, очень похожие по структуре – Дженерал моторс и Ватикан. Карьера в них начинается, когда менеджеру (кардиналу) где-то за шестьдесят. Если же кардиналу за восемьдесят, никто не думает его списывать. Напротив, его ценят, как никого и говорят, что у этого менеджера за плечами восьмидесятилетний жизненный опыт. И когда на ВБК курс читает Юрий Николаевич Столяров, и не абы какой курс, а «авторский», как он сам говорит, то ты получаешь не только специальные знания. Охотники копнуть глубже идут к учебникам, статьям и монографиям. Лектор делится с тобой богатейшим опытом. Личным. Изустно. От учителя к ученику. А такое очное обучение, – это, скажу я вам, всегда было и будет на вес золота. И мне посчастливилось слушать и Котрелёва и Столярова и многих, которые ещё только будут читать нам лекции, вживую. Ради такого стоило родиться! А мне как сотруднику библиотеки такая блестящая возможность предоставляется ещё и бесплатно;
  • Фиксированный срок обучения. Здесь нет «плати деньги и занимайся, сколько хочешь». Учеба на ВБК, как уже выяснилось, довольно трудна. Но – your best never comes easy[3], сэр! Зато в конце ты получаешь диплом. Красный. Очень похожий на диплом ВПШ. И на каждом занятии чувствуешь себя, как курсант военной академии. Ведь прохожие, бодро шагающие за окном, всего этого наверняка не знают. Они не знают, что такое документ, кроме того, что это управленческая бумажка; не знают, что роднит документ, филологию и квантовую механику, а библиотекарей с сотрудниками Управления делами Президента; как связи рождают функции. А ты теперь к этому причастен. Ты посвящённый, элита. Жрец знаний, магистр всех оттенков синего. Хранитель Великой Печати. E PLVRIBVS VNVM. Будущий агент 007. Так учись, студент!
  • Когда с первых же минут лекции становится ясно, как несовершенны были твои познания – это ещё один показатель качества обучения и преподавательского состава. То, что продемонстрировал мой первый учитель, и то, что я каждое занятие продолжаю видеть и слышать на ВБК.

Где ещё, как не в библиотеке, я мог обо всем этом узнать или самостоятельно додуматься? И сколько времени должно было пройти до того момента, пока я сам не раскопал бы нужные источники? «Специальность за месяц», они там говорят? Анафема им!

Заключение

По аналогии полученные в библиотеке и на её курсах знания можно транслировать и на другие области жизни, меняя взгляды, восходя (вот и восхождение пришлось кстати) от неведения к просвещению.

Именно библиотека в итоге заставила меня увидеть разницу между мной прежним и мной обогащенным новыми, теперь уже гораздо более упорядоченными знаниями. И в этом смысле я начинаю ощущать незнание как нечто инородное, доставляющее почти физический дискомфорт. Освобождение от этого чувства – ни с чем не сравнимое удовольствие!

[1] https://www.youtube.com/watch?v=MOpQKQbpU94

[2] http://ivgi.org/Biblioteka/Meletinskijj

[3] Лучшее, на что ты способен, никогда не дается легко (англ.).

Зоя Михайловна Прядухина,

В 2005 году окончила филологический факультет

Московского педагогического государственного университета,

в настоящее время слушатель Высших библиотечных курсов РГБ

Каждая книга – высшее самостоятельное существо,

чисто человеческая часть человека

Как я пришла в профессию библиотекарь? Очень хотелось бы ответить, как учат в начальной школе, полным ответом: «В профессию я пришла…», – и перечислить все ступени той лестницы, которая привела меня в эту профессию. Однако ответить коротко и конкретно трудно. Сначала необходимо самой проанализировать, как эта профессия стала для меня необходимой.

          Библиотека, библиотекарь, книга, книгопечатание, писатель, история, наука, литература, читатель – слова не однокоренные, но, можно сказать, “однокоренные” понятия. Конечно, библиотеки разного профиля участвуют в формировании духовного мира человека, его образовании. С самого раннего возраста жизнь ребенка связана с книгой и, можно сказать, с домашней библиотекой. Наверное, у каждого малыша есть любимые книжки-малышки. Подрос, научился читать, писать, и опять же книги незаметно формируют личность.

          Первая книга, самостоятельно взятая в библиотеке, в памяти многих на всю жизнь. С улыбкой вспоминают, как принёс книгу из библиотеки домой и удивительно быстро прочитал её. Некоторые тут же опять побежали в библиотеку. С душевным трепетом пишут о книге великие писатели Н. М. Карамзин («Письмо к издателю»), В. А. Жуковский («Письмо из уезда к издателю»), В. Ф. Одоевский («Заветная книга»), Д. Н. Мамин-Сибиряк («О книге»), М. Горький («Коновалов»), А. М. Ремизов («Книга») и другие.

          Каждая книга – высшее самостоятельное существо, чисто человеческая часть человека. В каждой книге есть своё сокровенное, своя тайна. Книги хранят на полках, в шкафах. И у книг есть свой большой дом – библиотека, а там библиотекари, от которых во многом зависит атмосфера в этом книжном доме. Книжные магазины, киоски, букинистические лавки сродни библиотекам, но в библиотеках даже воздух какой-то таинственный, и в библиотеках материальная цена книги где-то за гранью. Важно только содержание, история книги.

          Так что же это за профессия библиотекарь? Кто-то легкомысленно назовет библиотекаря «библиотечной крысой»! Напрасно. Нет, даже не столько обидно за библиотечного работника, а грустно за сказавшего.

          Развитие человека требует периодического уединения: А. С. Пушкин написал многие свои произведения в глуши, вдали от шумного света; даже в монастырях у каждого члена братии есть своя келья. А с книгой человек не в уединении, а в общении с умным и деликатным учителем или с надёжным другом, весёлым артистом и т.д.

          А. П. Чехов сказал, что книга – друг человека, когда нет других людей. А разве книги мешают человеческой дружбе? Нет, наоборот: они дополняют её.

          Так в чём же прелесть библиотечной профессии? Погрузиться в атмосферу просторного, проветренного, чистого помещения, содержать в чистоте книги (к сожалению, сами книги сами себя содержать в опрятности не могут), разложить их по полочкам, по темам, составлять каталоги, и, конечно же, самой владеть содержанием, информацией, возможностью «общаться с великими» через их труды.

Может быть, и прав Ф. И. Тютчев: «Мысль изречённая есть ложь» («Silentium!»), – но он и неправ. Даже эта его изречённая мысль, скорее всего, не ложь. Какое счастье, что есть люди, способные изрекать свои гениальные мысли в любой сфере человеческого гения. И скромный библиотекарь вносит свою лепту в этот прекрасный, творческий, исторический, научный мир человека.

Так как же я пришла в профессию? Не сразу, через филологическое образование, которое без этой книжной службы невозможно. Наверное, многие люди осознают своё призвание с годами. Конечно, есть потомственные счастливчики, «родившиеся» врачами, учителями, физиками, юристами и т.д. Но, скорее всего, только созревший ум может понять самого себя и осознать, где он был бы полезнее и счастливее. И всё-таки окончательно убедиться в правильности выбора можно только вникнув в научную сущность профессии, чему способствуют Высшие библиотечные курсы РГБ и его преподавательский состав. Замечательно, что на деле библиотечная деятельность оказалась более интересной и многогранной, чем можно было предположить.

Татьяна Викторовна Слепова

Окончила Литературный институт имени А. М. Горького в 2009 году, семинар И. Л. Волгина, квалификация: литературный работник по специальности «литературное творчество»,

работает с 2014 года в Российской государственной библиотеке, отдел регистрации электронных ресурсов, заведующий сектором редактирования

с 2005 по 2014 год работала в Российской книжной палате

Теперь я знаю, что отвечать скептикам

  Стояло холодное лето 2019 года, жизнь моя была спокойна и размеренна. Ничто не предвещало перемен. О существовании Высших библиотечных курсов я слышала, но не придавала этому факту особого значения. «Зачем мне нужны Высшие библиотечные курсы? – рассуждала я. – У меня больше десяти лет стажа работы библиографом. Разве этого недостаточно?»

  Девять лет в Российской книжной палате, четыре года в Российской государственной библиотеке, всё это время я день за днем изучала библиографию. Не только работала библиографом, но и училась на практике.

  Летом 2019 года в наш отдел пришли работать новые сотрудники. Одной из моих учениц стала Анастасия Лебедева. «Как же так, Таня? – удивлялась она. – Вы учите нас библиографии, а у вас нет библиотечного образования?» Произнесено это было в шутку, но меня эта шутка задела. «Идите на ВБК, – продолжала Настя. – Вам там обязательно понравится!»

  «А, ладно! – решила я. – Поучусь на ВБК. Образование лишним не бывает». Приём на Высшие библиотечные курсы был ещё открыт, я написала заявление и стала ждать сентября. Тогда мне казалось, что о своей работе я знаю всё. Но я проучилась на ВБК два месяца и теперь …не знаю ничего. Передо мной «разверзлась бездна звезд полна». И звёзды эти были аутентивными документами. Это ощущение, что я ничего не знаю, мне очень понравилось. Я поняла, сколько всего мне ещё предстоит узнать.

  Я осознала, что всё моё представление о работе библиотеки ограничивалось исключительно электронным каталогом. Для меня не существовало понятий библиотечного фонда и читательских запросов. Теперь я понимаю, насколько узко тогда мыслила.

  Высшие библиотечные курсы не только дают практические знания. Они заставляют мыслить по-другому. После каждой лекции чувствую, как в голове начинают крутиться какие-то проржавевшие шестерёнки. Что такое библиотека? А что такое документ? Над этими и многими другими, казалось бы, простыми вопросами меня заставил задуматься Юрий Николаевич Столяров.

  Оказалось, что даже в моих знаниях по библиографии есть серьезные пробелы. Практика практикой, а лекции по «Аналитико-синтетической обработке документов» Любови Борисовны Зупаровой тоже оказались очень полезными.

  Как библиотека может стать необходимой, полезной и незаменимой частью современного быстро меняющегося общества? Какой должна быть библиотека будущего? Теперь я знаю, что отвечать тем скептикам, которые говорят, будто библиотека – пережиток прошлого. Пока людям нужна информация, им будут нужны библиотеки.

  А кроме того, Высшие библиотечные курсы стали незаменимы для меня как для писателя. Теперь я смогу написать про мистическую библиотеку, и никто не упрекнет меня в том, что я неправильно использую библиотечные термины. Даже в мистической библиотеке должны быть и библиотечный фонд, и материально-техническая база, и читатели, и библиотечный персонал. Вот так!

Виталий Викторович Стадниченко

В 2009 г. окончил Литературный институт им. А. М. Горького Полученная по диплому квалификация «Литературный работник», специальность «Литературное творчество».

Член Российского союза писателей с 2019 года.

С 2014 г. библиограф сектора редактирования Отдела регистрации электронных ресурсов Российской государственной библиотеки

Как пройти в библиотеку? Очень долгая дорога

Мой путь в библиотеку начался летом 1643 года, когда Михаил Стадухин, почти мой однофамилец, открыл реку Колыму. Это не для красного словца, мой род прожил 51 год на посёлке Беличан Сусуманского района Магаданской области, что стоит на реке Берелёх, тёзке другой реки, той, что в Якутии. В переводе с якутского Берелёх или Бёрёлёх, означает «Волчья». При мне волков уже не было, историй таких я не слышал. Но медведи и росомахи встречались. «Наш» Берелёх - река горная, очень бурная, стремительно летящая за горизонт. Левый приток Дорожной речки, или Аян-Юряха. А сам Аян-Юрях, левый исток Колымы. Правый носит название Кулу. Именно слияние Кулу и Аян-Юряха образует Колыму. Колыма переводится с финно-угорских языков как Смерть. Возможно, такое название дал именно Михаил Стадухин, поскольку эвены называли эту реку Кулу. Сейчас так называется только один из её истоков. Всё, круг со Стадухиным замкнулся.

Я понял, что хочу написать об этом человеке. Во-первых, почти однофамилец, незаслуженно обойдённый вниманием, во-вторых, я о нём знаю только одну публикацию: А. А. Бурыкин в 2006 году, в журнале «Новый часовой» опубликовал статью «Михаил Стадухин и его роль в географических открытиях и исследованиях береговой черты Северного Ледовитого и Тихого океанов в 40-е - 50-е годы XVII века». Сдвоенный номер 17-18.

Мой путь в библиотеку продолжился в 1951 году, когда мой дед, Степан Григорьевич Стадниченко, приехал на Беличан (с якутского: «Протока между двумя озёрами» или «Узкое место»). Приехал вольнонаёмным, и до пенсии работал горным мастером. Понимая, куда попал, мой дед, приехав на Колыму, как назывался в народе весь этот край, первым делом заказал у местного кузнеца тесак с которым никогда не расставался. Долгое время его подчинёнными были заключённые. Уголовники. Вообще, если посмотреть на состав лагерей, можно понять, насколько факты о сталинских репрессиях преувеличенны (разумеется, они были, но далеко не в таких масштабах). В Сусуманском районе существовал только ОДИН политический лагерь: Мальдяк. Именно через него прошёл Королёв, прежде чем его выдернули оттуда задолго до окончания срока. Все остальные лагеря были уголовными. Раз речь зашла об этом, скажу, что самым страшным лагерем Сусуманского района считался Широкий. Уголовный, разумеется.

Мальдяк, надо признать, был местом гиблым. Его название переводится как «Долина смерти», такое название дали местные эвены задолго до возникновения лагеря. Там случился массовый мор из-за какой-то эпидемии, после чего данное место стало для эвенов табуированным, по местным поверьям здесь обретались злые духи. Но политический лагерь появился не из-за злых духов, Мальдяк основан сильно в сторону от уголовных лагерей. Довольно маленький. При мне Мальдяк даже не имел собственной администрации. Его администрацией был Беличан.

Как заключённые относились к горному мастеру Степану Стадниченко, можно увидеть по следующему факту: когда мой отец пошёл в первый класс, год примерно 1956, уже после смерти Сталина, заключённые убили его одноклассницу, семилетнюю девочку, за то, что она была дочерью начальника лагеря. Моего же отца заключённые качали на качелях. Поскольку очень уважали моего деда. Впоследствии бывший лагерь был преобразован в прииск «Экспериментальный», на нём опробовались все нововведения в золотодобывающей промышленности, прежде чем самые успешные не распространялись на другие прииски. А мой отец в конце концов стал на этом прииске главным инженером, вторым человеком в руководстве. К сожалению, всё закончилось «лихими 90-ми». Было принято решение посёлок закрыть, а людей выселить. Что и произошло на самом рубеже тысячелетий.

Хочу рассказать историю, которая связана с библиотекой нашего посёлка. В конце 80-х годов она сгорела. Библиотеки горят, это общеизвестно. Пришло время и нашей библиотеке разделить эту участь. Библиотека, как и многое другое на Беличане, находилась на балансе прииска. Иными словами, книжный фонд был огромным. Так вот, спасать этот фонд сбежались почти все беличанцы. Я тогда сидел с маленьким братом и не мог присоединится к этому «народному ополчению», но всё действо происходило на моих глазах, потому что барак, в котором библиотека находилась, был под нашими окнами. Люди спасли из огня ВСЕ книги. Пока искали новое помещение, книги приютились у людей, что были на пожаре. Когда библиотека нашла новый дом, книги были сданы обратно. В итоге, не пропало НИ ОДНОЙ. У меня самого было несколько взятых ранее книг. И когда я их принёс сдавать в восстановленную библиотеку, я понял, что все формуляры сгорели, кто что взял до и во время пожара, было неизвестно. Но книги в итоге были возвращены все. Увы, мне неизвестно, что стало с этим фондом после уничтожения посёлка.

В 2002 году мой путь в библиотеку продолжился. Моя семья переехала из Магаданской области в Подмосковье. В 2003 году я стал учиться в Литературном институте имени Горького, в 2005 году начал работать библиографом, а позже главным библиографом в Российской книжной палате. Это была ещё не библиотека в моей судьбе, но уже почти она. В древнем и средневековом смыслах, РКП - это полноценная библиотека, поскольку в те времена основной функцией библиотек была депозитарная. А РКП именно эту функцию сейчас исполняет. В 2014, транзитом через работу в Московском доме книги, причём именно в том, что на Арбатской, я оказался в Российской государственной библиотеке, разумеется библиографом. Одиссей прибыл в свою Итаку.

Примечания редакции

Эссе, представленные в специальном проекте Ю.Н.Столярова "Выбираем библиотечную профессию...", рассматриваются в качестве документальных материалов и публикуются в авторской редакции. Орфография и элементы оформления сохранены в редакции руководителя специального проекта.

К оглавлению выпуска

Библиотечное образование, история библиотечного образования, история библиотечного дела

13.02.2020, 2507 просмотров.