БИБЛИОТЕЧНО-ИНФОРМАЦИОННЫЕ НАУКИ: ТЕОРИЯ И МЕТОДОЛОГИЯ. СТОЛЯРОВ Ю.Н. О РАВНОЙ НЕКОРРЕКТНОСТИ ПРЕДИКАТОВ «БИБЛИОТЕЧНО-ИНФОРМАЦИОННЫЙ» И «ИНФОРМАЦИОННО-БИБЛИОТЕЧНЫЙ»

 1. Бурная полемика между библиотековедами и информатиками, проходившая на заре возникновения информатики как науки (конец 1950-х – 1970-е гг.) по существу окончилась тем, что каждая из стоящих за ними областей практики осталась при своём прежнем статусе. Свойственной западной науке конвергенции, при которой библиотечная составляющая оказалась на первом месте (Library and Information Science), у нас фактически не произошло.

  1.  2. Сегодняшние социальные институции, реализующие библиотечную и информационную деятельность, как и в советские времена, функционируют параллельно и изолированно друг от друга. Информационная деятельность узаконена правительственным постановлением от 24 июля 1997 г. № 950 "Об утверждении Положения о государственной системе научно-технической информации" (ГСНТИ). С изменениями и дополнениями по 2018 год включительно Положение действует и в настоящее время. Головной организацией ГСНТИ определён Всероссийский институт научной и технической информации Российской академии наук. Библиотеки же подчиняются сотням различных федеральных министерств и ведомств, а также министерств и ведомств всех субъектов Российской Федерации, нескольким тысячам муниципалитетов, и к ГСНТИ практически не имеют никакого отношения. В государственную систему научно-технической информации входит всего шесть (!) библиотек (с Книжной палатой – семь) из ста тысяч.

   3.  Тем не менее библиотекари, исключительно из желания «быть с веком наравне», в лихие 1990-е годы явочным порядком приобщились к информатике, включив в свой обиход информатическую терминологию на базе основополагающего государственного стандарта (ГОСТ 7.0-99 СИБИД. Информационно-библиотечная деятельность, библиография. Термины и определения). Они охотно убедили себя, что отныне благодаря фантомному предикату «информационно-» приобщились ко всему новому и передовому, что только есть в наступающем информационном веке. В частности, в высшей школе библиотечные факультеты были переименованы в библиотечно-информационные (хотя, согласно букве стандарта, их следовало наименовать  информационно-библиотечными), предикат «информационный» стал широко гулять по всему библиотечному пространству, проник в наименования учебных курсов и монографий, информационная функция стала объявляться сущностной библиотечной функцией, –– словом, информатическая терминология начала расползаться по библиотечному организму в геометрической прогрессии подобно раковой опухоли.

  Были предприняты отдельные попытки теоретически оправдать новую парадигму, они встречались весьма сочувственно, хотя и некритично. Дискуссии о правомерности отторжения выработанной веками библиотечной терминологии не ведётся. Следствием стало агрессивное внедрение в библиотечную сферу терминов типа «информационные технологии», «информационные ресурсы», «информационное обслуживание», «информационные поисковые системы». Теперь уже кажутся временной уступкой библиотекарям приложения предиката «библиотечный» к тому или иному объекту: больше распространён оборот «информационно-библиотечный».

  Впрочем, начал вдруг укрепляться и термин «библиотечно-информационный». Например, в наименовании ГОСТ Р 7.0.103-2018 Библиотечно-информационное обслуживание. Термины и определения и ГОСТ Р 7.0.104 – 2019 Библиотечно-информационные услуги научной библиотеки. Виды, формы и режимы предоставления «библиотечному» посчастливилось стать перед «информационным». Самостоятельные науки библиотековедение, библиографоведение и книговедение, в течение двух столетий скрупулёзно выяснявшие специфику своего предмета, соотношение между собой и отнесенность к той или иной более общей науке, недавно в Московском государственном институте культуры вдруг, с лёгкостью необыкновенной, без какого-либо обсуждения в мгновение ока составили комплекс «библиотечно-информационных» наук. Это волевое решение чревато весьма серьёзными негативными последствиями для теории и практики.

  Всё это свидетельствует о крайне неблагополучном состоянии исходной методологической основы библиотековедения – полной неясности представления о его месте в системе наук, и в частности, о соотношении с информатикой. (Которая к потугам библиотековедов на симбиоз с нею относится совершенно индифферентно, – точно так, как в прежние времена представители соответствующих дисциплин реагировали на стремление библиотековедов самостийно включиться то в теорию научного коммунизма, то в педагогику, то в историю и т. д.)

   4. Суть дела в рассматриваемом случае состоит в том, что предикаты и «информационно-библиотечный» и «библиотечно-информационный» равно некорректны. По аналогии с обществоведением поясню, почему эти выражения критики не выдерживают. Вряд ли кто станет возражать против представления о библиотеке как социальном институте. При этом определение «социальный» явно шире предиката «библиотечный», так же, как в представлении адептов информатики «информационный» шире «библиотечного». Так вот: некорректность словообразований типа «социально-библиотечный» или «библиотечно-социальный», думается, доказательств не требует. Равно следует отказаться и от столь полюбившимся многим то ли «информационно-библиотечных», то ли «библиотечно-информационных» неуклюжих конструкций.

    5.  Аналогия с библиотекой как разновидностью социального института приведена неспроста. Именно в таком сущностном качестве, начиная с Н. А. Рубакина как основоположника библиосоциологии, О. С. Чубарьяна, утверждавшего, что «библиотека – социальный институт» [1], в последние десятилетия её рассматривают многие авторы (М. И. Акилина, С. А. Басов, О. П. Коршунов, В. П. Леонов, Р. С. Мотульский, Е. И. Полтавская, А. В. Соколов, автор этих строк, Р. А. Трофимова, В. Р. Фирсов и многие другие), но только не все из них делают из этого последующие методологические выводы.

   6.  Между тем эти выводы лежат на поверхности. Коль скоро библиотековедение – наука общественная, коль скоро библиотека обслуживает общество в целом, отдельные его слои, группы до конкретных индивидуумов включительно, то её место – в обществоведении, а точнее – в социологии [2]. Библиотека опосредует общественные связи, главным образом, документом, и, следовательно, выполняет, в сущности, документо-коммуникативную функцию. Соответственно в структуре социологических наук она занимает собственную нишу в блоке родственных ей документо-коммуникационных дисциплин: библиокультурологии, документологии, ноокоммуникологии книговедения, библиографоведения, архивоведения, музееведения и иных.

   7. Информационную (информативную) функцию библиотека выполняет опосредованно – через посредство документов, кумулируемых в её фонде. Выдвигать эту функцию на передний план теоретических оснований нет: на уровне сущностной эта функция свойственна только документу, представляющему собой информацию, зафиксированную на носителе или способную быть извлечённой из него. Информационной функции как сущностной лишён даже библиотечный фонд – упорядоченное собрание документов. Тем более на уровне сущностной не выполняет эту функцию библиотека в целом. С информатикой, несомненно, библиотековедение имеет связи. Правильнее, однако, сказать, что генетические связи с библиотековедением имеет информатика, поскольку она выросла прежде всего из документологии, библиотековедения и библиографоведения.

   8. Твёрдое усвоение библиотечным сообществом многократно провозглашённой, всесторонне обоснованной и хорошо известной мысли о том, что библиотека есть в сущности социальная система, социальная институция, должно повести библиотековедение по новому пути, наконец-то устранив перекосы в теоретическом осознании сущности библиотеки и следующих из него практических рекомендаций по всем направлениям организации, методики, учебного процесса, но прежде всего – базовой библиотековедческой терминологии. Все концептуальные положения и следующие из них конкретные выводы по всем направлениям теории и практики начинаются именно с правильного понятийного аппарата и адекватного выстраивания профессионального лексикона.

Список источников

  1. 1. Чубарьян О. С. Библиотековедение – общественная наука // Чубарьян О. С. Общее библиотековедение: итоги развития и проблемы. – Москва : Книга, 1973. – С. 23-40
  2. 2. Трофимова Р. А. Библиосоциология (История, теории, методология, исследовательские методы): дис. ...д-ра социол. наук : 22.00.01. – Барнаул, 2002. – 317 c.

сведения об авторе

Столяров Юрий Николаевич - доктор педагогических наук, профессор, Российская государственная библиотека

К оглавлению выпуска

библиотековедение

13.04.2020, 939 просмотров.